Черные Шипы (ЛП)

Я не останавливаюсь, когда трясущимися пальцами открываю балконную дверь и обегаю встроенный столик на веранде.

К счастью, в поле зрения видны только деревья и несколько далеких домов, но любой из соседей может выйти и увидеть меня голой.

Большая рука хватает меня за локоть, и я вскрикиваю, затем пытаюсь боднуть его в подбородок. Себастьян уклоняется от меня и толкает меня спиной на стол. — Попалась, детка.

— Нет, нет… Отпусти меня!

Я бью по его обнаженной груди, оставляя царапины, но он легко подчиняет мои запястья и бьет ими по макушке моей головы.

— Я собираюсь трахнуть тебя так тщательно, что ты не сможешь пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы уйти.

— Кричи громче, чтобы соседи услышали, какая ты жадная шлюха. Моя шлюха.

Его грудь накрывает мою, когда он раздвигает мои ноги и входит в меня. Он делает это без какой-либо подготовки, и это так чертовски вкусно.

Ожог лишает меня дара речи, когда мое тело впитывает его целиком.

Я мокрая от небольшой погони, и я громко стону, когда он входит в меня с силой, толкающей меня через стол.

Я сгибаю пальцы над головой, но они едва двигаются из-за его яростной хватки на моих запястьях.

Он как зверь, сокрушающий меня, берущий меня, владеющий мной.

Исполняя каждое мое желание.

— Да, детка. Назови мое имя.

— Назови меня как семь лет назад.

Он двигает бедрами, ударяя глубже, когда давление внутри меня нарастает в сводящем с ума ритме, а затем наступает облегчение, а затем снова давление.

— Ты знаешь. Скажи это.

Он сгущается внутри меня, и его ритм выходит из-под контроля.

 — Скажи это еще раз.

— Трахни меня, малыш. Возьми меня.

— Как мне тебя взять?

— Грубо, жестко… Дай это мне, пожалуйста…

— Кто единственный, кто может трахнуть твою маленькую тугую пизду?

— Кто единственный, с кем ты общаешься?

— Кому, черт возьми, ты принадлежишь?

— Тебе, Себастьян! Тебе! — слова соответствуют его сводящему с ума ритму, и они такие раскрепощающие, такие освобождающие, что я жалею, что не сказала их раньше.

— А теперь расскажи мне, что ты тогда сказала, Наоми.

Прямо перед тем, как ты вышла из камеры.

— Я люблю тебя! — я кричу, когда мой оргазм настигает меня, и влага, какой я никогда раньше не чувствовала, выливается из меня и пропитывает мои бедра. Но я не сосредотачиваюсь на смущении, когда кричу: — Я люблю тебя, Себастьян!

Себастьян трахает меня сильнее, заглядывая мне через плечо. — Слышал это, ублюдок?

Я откидываю голову назад, ловя взгляд не кого иного, как Акиры.