Боевая ботаника и с чем ее едят

— Жужжик обыкновенный? — предположил кто-то вполголоса, прислушиваясь к характерному жужжанию и подсчитывая количество глухих ударов о прутья клетки за минуту.

— Тогда бы клетка была немного больше, — откликнулся Фо, обернувшись.

— Детеныш? — встрял Морид.

— А искажение поля при чем? — вступила в дискуссию Кларисса.

— Больше похоже на дрейзгу, — вставил кто-то из старшекурсников.

— Тогда она бы визжала, а там даже глушилок нет…

— Друзья! — заговорил ректор негромко, не дожидаясь, когда все успокоятся и сосредоточат внимание исключительно на нем и гостях.

Все присутствующие моментально заткнулись. — Грянули сложные времена…

И замолчал, поморщившись от собственной высокопарности. Бросил взгляд на гостей и резко выдохнул.

— Перейду сразу к сути, — продолжил он уже иным тоном, к которому мы больше привыкли, не распыляясь на витиеватые пафосные фразы. — Около двадцати лет назад один из наших студентов допустил ошибку, призвав из иного пласта реальности некую сущность. В свою очередь, ошибку допустили мы, не обнаружив следов и решив, что сущность не выжила в нашей, вероятно, враждебной для нее среде.

Выросшая в Нигде сущность с точки зрения магии просто никак не могла выжить в нашем мире, — словно оправдываясь, произнес мужчина и снова болезненно поморщился. — В свою защиту скажу, что наши выводы базировались на проведенных нами двухнедельных исследованиях. Студент был отчислен, инцидент не стали делать достоянием общественности. Забыть не забыли, но и возвращаться к этому случаю не стали…

Ректор говорил долго, пусть и выдавая всю информацию лишь по делу.

Проблема в том, что новостей было много и все жуть насколько кошмарные. Призванная придурком-демонологом сущность никуда не делась. Более того, за годы жизни в нашем мире она адаптировалась и окрепла. Почему о ней никто не слышал? Потому что тварь разумная и хитрая. Предположительно первые годы она скрывалась в тундре, где наименьшее количество магов, да и всяческих аномалий хватает. Зализывала раны, училась жить во враждебной среде… пока не выделила для себя плюсы нахождения здесь. Эта пакость научилась питаться магией. И ей все равно, что это: магическая сетка-ловушка, направленное против нее боевое заклинание или и вовсе утерянные кем-то запонки-артефакт, которые тварь сожрет с не меньшим удовольствием.

Эта сущность росла, развивалась, ей требовалось магии все больше, и она научилась присасываться напрямую к магическим потокам, пронизывающим весь наш мир.