Человек в чужой форме

Какие там хачапури, театры, цветы да конфеты! Не желаете ли телефонизации, проводов, увлажнителей, шариков-подшипников, красок-масла?

Да и не это главное, а то, что мама стала куда спокойнее. Хоть сто раз железобетонная и опытная, а все равно как приятно, когда есть кому вывалить свои горести и спросить: «Как вы думаете, что делать?»

— А вот и мы, — в помещение ввалились Анчутка и Колька, — здорово! Отдавай ключи.

— Это чего, вся бригада? — спросила Оля, подчиняясь."

"— Тебе что, полк нужен? — Яшка со знанием дела осмотрелся. — Как раз на двоих работы, чего народ дергать зазря. Им как раз подъезды в общаге штукатурить…

— Что ты? — поразилась девушка. — Уже?

— А у нас вот так вот, — важно поведал Колька, — давай, беги домой.

Оля попыталась выяснить планы на вечер:

— Ты сегодня как?

— Мы тут до упора, — заявил Анчутка важно.

— Ну я тогда пойду, — сообщила она и удалилась.

— Сейчас мы с тобой подготовим все, выровняем, чтобы как зеркало гладенько было — Батя сам проверит! Стенки, потолок, вокруг окон, потом загрунтуем, пусть дойдет, а уж потом красить будем.

— Ловко.

Пожарский с уважением смотрел на приятеля: надо же, как получается. У него уже руки отваливаются, задранные-то быстро затекают, а Анчутка — хоть бы хны.

— Не дрейфь. Нам проще, тут чисто, а мужикам в общаге сейчас ого-го как несладко, один грибок вытравливать замучаешься. Я там до двенадцати часов трудился — так даже на перекур не ходил, полчасика пообедали — и снова в бой.

Яшка умудрялся работать не только со стенами, но и как радио. Рассказчик он был неиссякаемый и талантливый, картины, рисуемые им, вполне соответствовали образам светлого будущего, которого втайне желал для себя Пожарский:

— …местные балду били, а мы с шести утра до трех дня трудились, перерыв до пяти — и снова за лопаты. И покурить некогда, и поболтать. Зверски пахали, зато Батя потом премию раздал, ну и пивка холодненького с закусоном.

Замазывая трещины, многие из которых даже не были заметны, он объяснял:

— Общага вообще первое дело! Батя прежде всего всегда выговаривал проживание и питание, чтобы как в санатории. И так у нас по деньгам — сколько поработал, столько и получил, плюс на отпуска, если на выезд — то на проезд, приболел — тоже. И спецовки вольным…

— А ты как значишься?

— Никак. Есть у меня справка о том, что прохожу военную службу тут.

— Тебе ж восемнадцати нет.

— Нет — так будет, — заверил Яшка, — мне-то что? Главное, что бумажка у меня есть, а остальное не колышет.