Косплей Сергея Юркина. Сакура-ян. (Часть первая)

— Статистика последнего десятилетия ясно показывает, что проблема суицидов завязана на проблему демографии, которая, в свою очередь, в принципе нерешаема не только у нас, но и по всему миру. Через пять лет, перед новыми президентскими выборами, с какими результатами мы к ним придём? Что предъявим избирателям? Ещё больше опустевшую страну? Прекрасный повод вновь проиграть.

— Нужно полностью пересмотреть стратегию в сторону комплексного подхода, — предлагает третий, самый молодой участник совещания. — Мне кажется, ни одна из инициатив не сработала, потому что на проблему смотрели слишком узко. Нельзя просто брать таблицу с данными и, руководствуясь лишь ими, запускать социальные программы. Это не работает.

— И мы снова проигрываем выборы, — резюмирует седовласый.

— Какой тогда выход? — растерянно спрашивает молодой.

— Никакого, — отвечает толстяк. — Кроме чуда.

— Вроде сидящего сейчас в Японии.

— Вы имеете в виду эту девочку… Агдан?

— По конституции президент избирается только дважды.

— А президент, имеющий в своей команде реинкарнацию ГуаньИнь? Сколько раз будет позволено ему выдвинуть свою кандидатуру?

Молодой кореец задумывается.

— Если так, то думаю, он вполне может править пожизненно, — помолчав, сообщает он.

Седой кореец одобрительно кивает. Видимо, мысли у них сошлись.

— А если с Агдан ничего не получится?

— Ну, тогда виноватой окажется она, а наш результат будет не сильно отличаться от того, если бы мы её не привлекали.

— Почему только она — «виновата»?

— Два раза она ведь уже делала подобное, значит — сможет ещё раз. А не выйдет — просто не захотела. Мы, со своей стороны, сделали всё что могли, — вырвали из лап японцев и вернули на родину. Дальше исключительно она.

— А когда мы её — «вырвали из лап японцев»? И как?

— Мы точно сможем её контролировать?

— Предлагаю подумать об этом в следующий раз. В любом случае мы можем обвинить её в отсутствии содействия нации.

— Как я понимаю, ты решил жениться, — пожилой японец с жёстким выражением лица пристально смотрит на Акиро. — Иначе я не вижу смысла в твоей просьбе.

— Годы не нанесли ущерба вашему несравненному уму, уважаемый отец, — склонив голову, с почтением в голосе отвечает тот, — он по–прежнему остр и легко видит сокрытую истину.

— Это самый лучший из возможных вариантов.

— И чем же он тебе так нравится?

— Разве это плохо? — осторожно интересуется сын.

Японец окидывает его оценивающим взглядом.