Чаща

 — Ты знаешь.

— Знаю.

— И даже если бы хотели не привлекать к этому внимание общественности, учитывая нашу дружбу, теперь ничего не получится. Средства массовой информации уведомили заранее. Джоан сегодня собирает пресс-конференцию.

— Ты намерена его арестовать? — спросил я Джоан.

— Да.

— Когда?

Она посмотрела на Дейва.

— Он уже взят под стражу. Час назад.

Я подумал о Грете. Подумал о Мэдисон. Бассейн. Боб украл деньги из благотворительного фонда моей жены, чтобы построить этот чертов бассейн.

— Ему уже предъявили обвинение? — спросил я Джоан.

— Нет. Предъявят минут через десять. Я здесь как друг, но мы договорились, что не будем оставлять такие дела без внимания. Я не могу одним разрешать все, а другим — ничего.

Я кивнул. Мы договорились. Но я не знал, что и думать.

Дейв поднялся. Тарстон последовала его примеру.

— Найди ему хорошего адвоката, Коуп, — сказала она на прощание. — Выглядеть все это будет отвратительно.

Я включил телевизор и наблюдал, как Бобу предъявляют обвинение. Нет, не по Си-эн-эн или «Фокс», а по «Ньюс-12», информационному каналу штата Нью-Джерси, вещавшему двадцать четыре часа в сутки.

И я знал, что большие фотографии Боба появятся в «Стар леджер» и «Берген рекорд», крупнейших газетах штата. Что-то наверняка прозвучит и на других кабельных каналах.

Предъявление обвинения заняло секунды. На запястьях Боба защелкнули наручники. Он не опускал голову, не прятал лицо от камер. Выглядел, как и многие до него, по-детски удивленным. Меня чуть не стошнило. Я позвонил Грете — домой и по мобильнику.

Мне не ответили. Я оставил ей сообщения.

Мьюз смотрела все вместе со мной. Подала голос, когда перешли к другому сюжету:

— Какая мерзость!

— Не то слово.

— Тебе бы попросить Флера защищать его.

— Конфликт интересов.

— Почему? Из-за этого процесса?

— Да.

— Не понимаю. Они же никак не связаны.

— Отец его клиента, Э-Джей Дженретт, заварил эту кашу.

— Ясно, — кивнула она. — Черт.

Я промолчал.

— Как насчет того, чтобы поговорить о Джиле Пересе и твоей сестре?

— Не возражаю.

— Как ты знаешь, двадцать лет назад в лесу нашли клочья их одежды и кровь.

Я кивнул.

— Кровь первой группы. Как и у обоих пропавших без вести. Первая группа у четырех из каждых десяти человек, так что неудивительно. Тогда проверку ДНК не проводили, поэтому узнать, чья это была кровь, возможности не было. Я проверяла. Даже если ни на что не терять времени, проверка на ДНК занимает не меньше трех недель. Скорее, больше.

Я слушал вполуха.