Женщины Цезаря

 – Так как же мы поступим? Согласен ли сенат ратифицировать восточные соглашения, или я представлю их плебсу как lex Vatiniae?

– Тащи свой хлам плебсу! – крикнул Бибул.

– Тащи плебсу! – повторил Катон.

Когда Цезарь объявил голосование, почти никто не встал справа от него. Сенат решил, что любая альтернатива предпочтительнее. Нельзя разрешить Цезарю поступать по-своему. Пусть Цезарь несет этот законопроект плебсу. Там все увидят, что это – свидетельство высокомерия Помпея и самоуверенности Цезаря. Никому не нравится, когда им диктуют, что делать, а сегодня поведение Цезаря очень походило на самоуправство. Лучше уж умереть, чем жить еще при одном диктаторе.

– Им это не понравилось, и Помпей расстроен, – сказал Красс после этого короткого собрания.

– Какой выбор они мне оставили, Марк? Что я должен делать? Ничего? – раздраженно спросил Цезарь."

"– Фактически ничего, – ответил хороший друг, отлично зная, что на его слова не обратят внимания. – Они знают, что ты любишь работать, они знают, что ты любишь доводить дело до конца. Твой консульский год сведется к поединку. Вы с Бибулом так и будете мериться силой воли. Им очень не нравится, когда их принуждают к чему-либо. Им очень не нравится, когда им говорят, что они – сборище боязливых старух. Они ненавидят любое проявление силы. Ты не виноват. Ты – прирожденный автократ, Гай. И постепенно проявляется твоя неслыханная мощь, похожая на два боевых тарана, ударяющих синхронно. Boni – твои естественные враги. Но ты превращаешь во врага весь сенат. Я смотрел на их лица, пока Лукулл пресмыкался у твоих ног. Он не собирался подавать пример. Он слишком стар, чтобы быть таким хитрым, но тем не менее он послужил примером. Каждый из них увидел в нем себя – стоящего на коленях и умоляющего о прощении, пока ты высишься над ними, как монарх.

– Это же абсолютная чушь!

– Для тебя – да. Для них – нет. Если ты хочешь моего совета, Цезарь, тогда до конца года ничего не делай. Оставь ратификацию Востока, оставь законопроект о земле. Сиди и улыбайся, соглашайся с ними, лижи им задницы. Тогда, может быть, они простят тебя.

– Я скорее присоединюсь к Лукуллу на том островке в Нашем море, чем буду лизать им задницы! – сквозь зубы пробормотал Цезарь.

Красс вздохнул:

– Я так и думал, что ты это скажешь. В таком случае, Цезарь, решай сам.

– Ты хочешь меня покинуть?

– Нет. Для этого я слишком деловой человек. Ты добиваешься доходов для делового мира, поэтому комиции поддержат тебя во всем. Но лучше приглядывай за Помпеем.