Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

— Сколько фальши в этом «отпусти» если бы это слово материализовались и повисло в воздухе, сама природа выделила бы его красным, как ошибку, — прошептал Эритар практически в ее губы. Каждое колебание дыхания звуками отпечатывалось на них. — Хочу знать, ты уже возбуждена? Что ты чувствуешь там, внизу?

— Если возбужден ты, то и я тоже, — уколола его Беатрис и тут же получила почти серьезную пощечину.

Мужчина отпрянул от нее, хватая за шею и удерживая на расстоянии вытянутой руки.

— Если я еще раз это от тебя услышу, Беатрис, — он произнес ее имя с нажимом, делая ударение на каждую гласную. — Только попробуй еще раз сказать, что ты хочешь меня из-за рабского зелья. Еще раз намекни мне хоть взглядом, хоть звуком, и я отведу тебя в совсем другое место. В место, которое тебе не понравится. Поняла?

Девушка кивнула.

— Вслух, — приказал он.

— Прости меня, Тар. Я все поняла, — прошептала она дрожащими губами.

— Теперь ответь на мой вопрос, — ледяным тоном приказал он.

Беатрис подняла опущенный взгляд, впиваясь своими темными глазами в его. Он с восторгом наблюдал, как страх и покорность покидают ее, будто карнавальная маска:

— Я очень возбуждена, — глухим и сильным голосом произнесла она. — Я хочу тебя, и, если ты сейчас коснешься меня, не смогу сдержать стон.

— Коснусь где? — искусительно спросил мужчина.

Беатрис выдержала его взгляд.

— Где угодно. Любое прикосновение заставит меня слететь с катушек.

— Выбери, — предложил он.

— Грудь, — прошептала Беатрис.

Он отпустил ее шею и притянул за цепь к себе, заставляя прижаться спиной. Ладонь накрыла ее грудь через платье, пальцы нащупали сосок и сильно сжали. Давление усилилось, он перекатил нежную плоть между подушечек пальцев, оттягивая. Беатрис вскрикнула от боли и тут же расплылась по его телу, исходя на сладкие стоны. Мужчина придержал ее за талию.

— Пожалуйста, — она просила продолжения.

— Так мы никуда не дойдем. Давай Беатрис, еще несколько шагов. Соберись. Я не буду нести свою игрушку на руках. Пока ты этого не заслужила.

Ответом ему было разъяренное шипение. Он лишь усмехнулся, отпустил, показательно сделал несколько витков цепи вокруг ладони и дернул. Беатрис пришлось согнуться, чтобы идти за ним — цепь стала слишком короткой. Лязгнул железный засов большой двери. Они вошли в комнату, где Беатрис бывала раньше — в их прошлой жизни. Помещение было до дурного нормальным. Ничего такого, что напоминало бы пыточную. Кровать в алькове, диван, столик перед ним.