Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Эритар не мог смириться с тем, что хотят не его самого, а повинуются зову магии, который заставлял становиться одержимым."

"Девушка вылетела из двери как фурия. Она привела в порядок прическу, накрасилась и надела самое красивое голубое платье. Он покупал его по своему вкусу и счел лучшим. Предполагал, что Беатрис будет носить эту вещь для него, а не пойдет красоваться перед соперником. Укол ядом ревности в сердце — так называлась эта картина.

— Мне плевать, что ты ему сказал. Мне плевать, как сильно ты опустился в своем желании растоптать меня…

Эритар остановил ее, поворачивая двумя руками к себе.

— Я сказал ему, что ты выбрала меня, потому что я спас тебе жизнь.

Беатрис собиралась закричать в ответ что-то обидное, но вдруг поняла. Она остановилась и по-другому посмотрела на человека, которого все эти дни ненавидела всей душой.

— Ты солгал тогда или сейчас? — спросила она.

Мужчина положил ей руку на талию и повел по коридору.

— Тебя никто не будет унижать, кроме меня. Никто не посмотрит на тебя свысока, кроме меня. Никто не сделает тебе больно, кроме меня, — пообещал он. — Но меня тебе будет достаточно.

Беатрис почувствовала, как сердце уходит в пятки. Эритар пугал ее и одновременно завораживал.

— За то, что вы поговорите, ты будешь наказана. Также ты будешь наказана за неподчинение и нападение. Поняла? Можно все отменить, если ты на пороге скажешь Антари, что любишь меня и не желаешь с ним иметь дел.

Беатрис подернулась к нему и твердо ответила:

— До смерти не замучаешь? А замучаешь — тебе же хуже. Мы оба знаем, что такое любовь, оба знаем, что такое власть. И оба знаем, что есть шрамы, которым не зарасти. Люди — не прощают, даже если забывают. Вряд ли ты захочешь сделать со мной что-то, после чего я тебя возненавижу до конца дней. Жить бок о бок с сильным и умным врагом мучительно, разве нет? Я поговорю с Антари, как считаю нужным сама. А дальше, я в твоих руках. Делай, что хочешь.

Эритар прижал ее к себе, хватая за идеально уложенные локоны и сминая их. Стон боли и страха прервал поцелуй, в яростном танце сошлись губы. Мужчина целовал ее, вкладывая в это свою злость, желание и любовь. Он придавил взвизгнувшую девушку к стене, раздвинул коленом ноги и вдруг вспомнил, что не дождется сопротивления. Тогда с садистским удовольствием он понял, как может сделать разговор бывших возлюбленных невыносимым. Улыбка, растянувшая его губы заставила Беатрис сжаться сильнее, чем злость в его глазах.

— Я буду желать тебя все это время. И ты тоже будешь.