Мой револьвер быстр

Поняв, что объяснять я ничего не собираюсь, он резко встал и вышел за дверь, и я услышал шум лифта, увозящего его вниз.

Я выкурил почти полпачки «Лакиз», прежде чем снова зашумел лифт. Пат был вне себя от злости. Он швырнул банку на стол и повернулся ко мне с перекошенным лицом.

— Ну?! Вода со всевозможной грязью… Потом мне стали задавать вопросы. Я выглядел совершенным идиотом. Прикажешь всем сообщить, что частный сыщик использует лабораторию полиции как свою собственную?!

— Почему ты не спросил, не то ли нашли у нее в легких? Не в желудке, заметь, — в легких. Захлебываясь, человек начинает задыхаться, потому что в горле закрывается маленький клапан — он предохраняет легкие от всякой всячины. Не много требуется, чтобы удушить таким способом. Лишь капля воды — закрыть этот клапан. Вода попадает в желудок, а в легких ее нет. Иди, спроси!

Глаза Пата чуть не вылезли на лоб. Его зубы обнажились в звериной ухмылке, и он произнес:

— Ты, головастый ублюдок…

Разговор по телефону длился не более минуты, но был очень оживленным.

Пат отпустил трубку и свалился в кресло.

— Перепроверят. Но, думаю, ты прав.

— Я давно это говорил…

— Погоди, Майк. Нужно подождать заключения. Пока рассказывай.

— Все очень просто. Энн Минор задушили, вероятно, у нее дома. Затем бросили в реку.

— Значит, тело тащили от дома до реки, и никто этого не заметил?

— А кому быть на улице в такой час?

— Осталось одно: предсмертная записка.

— Кажется, я могу объяснить и это.

Пат уронил голову на руки.

— Слушай, ты знаешь, я не круглый дурак. Я не первый год в полиции и люблю свою работу; все идет хорошо. Но появляешься ты со своими идеями… Что я — глупею, старею? Превращаюсь в тупого бюрократа? Что со мной, Майк?

Я мог только рассмеяться.

— Не волнуйся, ничего с тобой не случилось. Просто ты забываешь, что иногда преступник опытнее самого лучшего полицейского. Ставь себя на их место — помогает.

— Теперь у нас на руках два убийства. Мы не разобрались в первом, но второе показывает, с кем нам предстоит иметь дело. Это отнюдь не новички-любители.

— Ты говорил, что можешь объяснить…

— Ну нет, дорогой. Сам трудись.

Снова зазвонил телефон, и Пат взял трубку. Лицо его оставалось безучастным до конца разговора.

— Вода в ее легких чистая. Следы мыла. Очевидно, она была утоплена в ванне.

— Ну да, есть чем гордиться… Теперь меня будут поджидать с поздравлениями — и как это я додумался?! А что я скажу?

Когда я выходил, Пат выругался мне вслед, но уже с улыбкой.

Улыбался и я.