Клад тверских бунтарей

 — Это что же получается-то? Сам Меченый к хозяину починка приходил?

— Вряд ли. Этот человек вел себя не как главарь шайки.

— Но он пришел из леса. Мы теперь знаем, как пройти до разбойничьего стана. Так, может, заглянем к ним в гости? Там и проверим, Меченый приходил на починок или кто другой.

— Нет, Гордей, это невозможно. — Князь объяснил дружиннику ситуацию.

— Да, ты прав, воевода, — сказал Бессонов. — Загнанный зверь вдвойне опасен и непредсказуем. У тебя есть соображения насчет наших дальнейших действий?

— Есть. Если сделаем все так, как я задумал, то выполним задание государя.

— Это хорошо. А то как-то муторно на душе. Уж столько времени тут сидим, а все топчемся на месте.

— Ты давай-ка пройдись по селу да попади на Новика. Надо, чтоб Воронов видел, как Кузьма угостит тебя кнутом. Тогда боярин будет до конца уверен в том, что ты не заслан к нему специально, а действительно переселенец.

— Сделаю. Потом, на Москве Воронову должок верну.

— Разберемся. Мы в гости в твоему соседу.

— К хозяину починка?

— Да. Надо посмотреть, что это за гробовых дел мастер, к которому с просьбой обращается разбойник, пришедший из леса и считающийся главарем шайки.

— Вы там поосторожней.

— Кому ты это говоришь, Гордей?

Савельев и Горбун поехали на починок. Там уже было тихо. Возле мастерской стояли два свежих гроба.

Горбун поежился.

— Ты чего? — спросил Савельев.

— Не люблю я эти дела похоронные.

— А кто любит? Но без них никак. Ты побудь тут, присмотри за двором, я к гробовщику.

— Коли посторонний человек появится, задержать?

— Только легонько, а то ты так задержишь, что этот самый посторонний разом богу душу отдаст.

— Я нежно.

— Смотри!

Видимо, гостей увидели из дома. На крыльцо вышел мужик в лаптях и рубахе без пояса.

Дмитрий напрягся. Физиономия гробовых дел мастера была в шрамах.

«А не это ли Меченый?», — подумал Савельев.

— Кто такой? — спросил его хозяин подворья.

— Воевода царской дружины. Ты, Пурьяк, ворота-то открой!

— Воевода, стало быть? Извиняй, не знал я, что ты ко мне заедешь. А ворота, так это мигом. — Он сбежал с крыльца, приоткрыл створку.

Савельев въехал во двор, спрыгнул с коня, накинул поводья на столб городьбы, повернулся к хозяину подворья и заявил:

— Ну, Козьма Пурьяк, показывай хозяйство.

— А что видеть желаешь?

— Все!

— Могу ли я на грамоту твою взглянуть?

— Не для того она мне дана, чтобы всякому показывать. А коли сомневаешься, что я тот, кем представился, то собирайся, поедем в Тверь.