Наследник Буйного (СИ)

Я бы не винила себя в смерти Эмира. Я ведь чуть с ума не сошла. Всё думала, перебирала в голове. А что, если из-за меня? Что, если я как-то повлияла на то, что он сел в машину. Подорвался. Может, не так сильно внимание обращал на важные вещи. За меня переживал и о себе забыл. Я столько раз это проворачивала перед сном в голове, что в какой-то момент поверила, что я виновата."

"— Марат Динарович занят, у него важное совещание. — Секретарша Марата выбегает из-за стола, чуть не падает. Потому что я влетаю в его приёмную на нереальной скорости.

— Для меня освободится, — в ответ обрезаю.

Я ждать не стану. Он мне должен. Выгонит всех к чертям, или же они станут зрителями увлекательного представления.

— Добрый день, — влетаю в кабине Марата, за огромным столом не меньше десятка мужчин, — как настроение?

Марат сидит во главе стола, взглядом в меня впивается. Плевать! У меня иммунитет на эти взгляды. Броня.

— Марат Динарович, я говорила, но…

— Злата, какими судьбами? — Голос Марата вибрирует. Говорит о том, что он явно не рад такому моему появлению.

— Пришла новость сообщить, — губы в улыбке растягиваю, — наш общий знакомый из пепла восстал, обсудим?

Меня не пугает злое выражение Марата. Он молнии в кого-то другого может пускать. А от меня они отскакивают. Я тут мертвецов стала видеть. Меня уже ничем не напугать.

Марат сжимает челюсть. Он сейчас Буйного в плохие дни напоминает. Когда энергия аж вспыхивала от гнева.

— Собрание окончено. — Чеканит он, поднимаясь.

Одного взгляда хватает, чтобы все мужчины разом поднялись. Без лишних вопросов двигают на выход. Я шаг в сторону делаю. Чтобы не сбили меня, так они спешат покинуть помещение. Да, Марат умеет внушать ужас. Но у меня иммунитет.

— Телефон потеряла? — Мужчина медленно поднимается. — Почему не предупредила о визите?

— Ой. Ну это же срочные новости. Восстание зомби! Кто о таком по телефону сообщает?

— Кончай паясничать. Ты в курсе о Буйном, я понял. Я не ценю нежданные визиты. Особенно когда ты при других людях собираешься обсуждать внутряковые дела.

— О, конечно. — Я медленно киваю. Приближаюсь к столу, бросая сумочку на отполированную поверхность.

От гнева я даже подрагиваю немного. Холодная, колючая ярость расплывается по телу. Эмир врал мне четыре года. Скрывался и не попадался на глаза. Но Марат… Марат виделся со мной. Он постоянно был рядом. Он смотрел на меня, мне в глаза! И ни разу не решил сказать, что меня испепеляет болью понапрасну. Просто наблюдал.