Обманный бросок

Не хотела, чтобы он ко мне прикасался. Но ты не можешь стоять здесь и говорить, что не прикоснулся ни к одной девушке с тех пор, как мы вернулись из Вегаса.

Исайя вскидывает голову:

– Проклятье! Ты что, надо мной издеваешься?

– И мы не договаривались, что ты не можешь этого делать. Я просто хочу сказать, что ты не можешь запретить мне невинно беседовать с кем-то, когда сам…

– Когда я что, Кеннеди? – Он говорит громко и сердито. – Когда я постоянно думаю о тебе? Когда я делаю все возможное, чтобы ты обратила на меня внимание? Или когда я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не прикасаться к другим женщинам? Потому что я и пальцем не тронул никого, кроме тебя. Ни разу. И не только с тех пор, как мы поженились. Я даже не взглянул ни на одну другую женщину с того дня, как узнал, что ты разорвала помолвку. Я бы ждал тебя с дня нашего знакомства, если бы знал, что ты не любишь своего жениха. Долгие годы я думал, что ты счастлива с другим. Но узнал об этом только десять месяцев назад, Кен. Последние десять месяцев я считал, что у меня есть реальный шанс, поэтому старался изо всех сил. Я ждал, что ты меня заметишь, и продолжал бы ждать всю оставшуюся жизнь, если бы думал, что у меня есть шанс быть с тобой. Но это не так, верно? Этого шанса у меня никогда не было.

Я ошеломленно молчу, застыв посреди коридора. Позади меня поле, впереди – он.

– Боже… – Его вздох полон боли. – Почему ты этого не видишь? Почему не замечаешь меня?

Я… я не знаю, что сказать и сделать. Все, что я знала об этом человеке, сегодня перевернулось с ног на голову. Хотя, похоже, все изменилось за последние недели.

Я помню тот день, когда Исайя узнал о моей неудачной помолвке. К тому времени я уже несколько месяцев не носила то броское кольцо, но он понял это только воскресным днем в тренажерном зале.

Исайя напугал меня, когда я разминала его мышцы: схватил за левую руку, чтобы осмотреть безымянный палец. Он быстро спросил, все ли в порядке, и, как только я ответила да, лицо этого парня засияло, словно рождественская елка. Тогда я не знала того, что знаю сейчас: тогда он полностью изменил свои привычки – или вернулся к прежнему Исайе, если верить тому, что рассказал мне сегодня его брат.

Из-за меня. Из-за мечты о том, чтобы я захотела быть с ним.

Мне никогда не было так комфортно. Никогда так ни к кому не тянуло. Мне никогда не хотелось прикасаться к кому-нибудь так, как к Исайе. И чтобы кто-то прикасался ко мне так, как делает он.