Поместье для брошенной жены

— Ты еще не инициирована?

К его удивлению, Дафна выпрямилась в спицу и залилась краской по самые уши.

— Такие вещи дочери не обсуждают с отцом!

— Ну с матерью обсуди, — буркнул неохотно. — Связь починят и обсуди. И скажи ей наконец приехать подписать документы. Тут куча всяких формальностей в артефакторике скопилась. А то гордая она, видишь ли, не отвечает.

Дафна снова пожала плечиками и элегантно присела, чтобы вытянуть подписанный перечень из сваленного на пол бардака.

— Но ты это…. — Берн замялся, поскольку формально отцы не должны просвещать дочь в женские тайны. —Ты смотри с кем инициируешься. Что б виконт хотя бы, а лучше граф с сильным драконом. Так шансы выше и прочее. Замуж, может, за такого выйти и не получится, зато твой дракон стопроцентно будет силен и тогда уж он, может, сам за тобой бегать будет.

Дафна подняла на него прозрачный взгляд:

— Я так и сделаю, пап, не сомневайся.

Вечер был отвратителен.

Все шло идеально, но претенциозно. Надуто, как сказала бы Риш. Винный фонтан оказался громадной чашей, в которую слили три десятка вин, и к нему с охотой припадали новопришедшие дракониры. Каскад пирожных сожрали в первые полчаса, ободрав трехярусные подставки до золотого скелета, зато горячего, поданного спустя час, уже никто не хотел. Оно заветрилось и в доме стоял тошнотворный дух застоявшейся еды.

Сколько денег на ветер, мелькнула в голове мещанская стыдная мысль. Они с Риш не жадничали и не экономили, но на всех приемах бюджет каким-то образом оправдывался до копейки. Остатки съедались на следующий день семьей, потому что Риш всегда планировала долгосрочные блюда на гостевые вечера. И скоропортящиеся закуски всегда давала первыми, еще до вина.

Он не экономит, конечно, просто… Непривычно.

Сказительница была хороша, он сам заслушался, пока перетирал с парой дракониров артефакторные дела. Музыканты — высший класс, светловолосые, кареглазые, чистокровные драдеры, осененные отцом-драконом толикой таланта, но играли какую-то ерунду.

Талья, похожая на золотую искорку, мелькала среди гостей, зажигая улыбки и добродушный смех. Ей кланялись, ей отпускали комплименты, ей смотрели вслед.

Берн следил за ней с добродушием кота, сцапавшего неосторожную мышку. Пусть бегает, кружит головы молодым дуракам, хвостик-то у него лапе.

Прав был отец. Гроц дала ему класс. Престиж. Умножила репутацию артефакторики на десять, просто став его женой.