Огромный бриллиант

Часики тикают, и я понимаю, что в два часа открывается «Катарин».

— Вот, что я думаю. Мы уже делали подобное. Это же наша игра, — говорю я, будто убеждаю ее стать частью моей команды, чтобы ограбить казино в Вегасе. — Мы ведь знаем ее правила. Я постоянно притворяюсь твоим женихом, теперь твой черед.

Уголок ее губ дрожит от волнения. Это одновременно смешно и мило. И будь она моей настоящей невестой, я бы наверняка подумал, что это прекрасно, и наклонился бы, чтобы поцеловать ее.

— Ты притворялся перед ними от силы минут пять, и то в баре, — продолжает она.

— Просто обычно это заканчивается быстро — спасибо тебе — и спасает одного из нас от нежелательных связей. А теперь ты говоришь, что мне нужно продержаться целую неделю? Под пристальным вниманием? Прессы, твоих родителей, покупателя магазина твоего отца и всех остальных? Я просто думаю, что ты напрашиваешься на неприятности.

— Да, но кто знает меня лучше, чем ты? Ты единственный человек, кто может сделать это, — говорю я. Маленькое кафе наполняется людьми, и мы разворачиваемся, выходя из здания с чашками кофе в руках.

— Я хочу помочь тебе, ты же знаешь. Просто думаю, все догадаются, что мы на самом деле не помолвлены, и станет только хуже.

Испугавшись, я давлю дальше:

— Тогда давай разберемся. Особенно если я планирую в два часа дня купить тебе кольцо, — она смотрит на меня своими широко распахнутыми глазами, и я продолжаю успокаивать ее. — Давай договоримся обо всем, что нам нужно знать друг о друге.

— Типа, какой пастой я пользуюсь, и воруешь ли ты одеяло?

— Я не ворую одеяло, — говорю я, когда мы уступаем дорогу семейной паре — каждый из них держит на руках ребенка и спорит о том, где пройдет их обед.

— И я пользуюсь Crest со вкусом морозной мяты. Вроде полосок для отбеливания зубов, — говорит она, — но давай будем честными. Никто и никогда не задаст подобный вопрос. Кстати, ты уже думал о том, как будешь выживать неделю без твоего любимого времяпрепровождения? — говорит она, и в ее карих глазах появляется злорадный блеск.

— Я могу дать обет воздержания.

— Конечно. Продолжай себя успокаивать, — потом останавливается и пялится на меня. — Но, серьезно, если я соглашусь на это, тебе лучше не шастать с другими женщинами.

Надежда дико скачет в моей груди.

— Означает ли это, что ты согласна?

— Еще нет. Я просто показываю тебе еще один контрольно-пропускной пункт. Это будут ооочень дооолгие семь дней для тебя, — говорит она, ударяя локтем меня в бок.