Королева брильянтов

Лихач взял вожжи, замерзшие кони пошли рысью.

Сани летели, как по пуху. Они болтали и смеялись, после Красной площади баронесса почти перестала замечать, куда едут. Так было хорошо. Промчались по Неглинке, свернули на Воздвиженку, с нее на Никитский бульвар, потом на Тверской бульвар, с него на Тверскую улицу. Баронессе показалось, что лихач едет по заранее спланированному маршруту, но она отбросила подозрение. Зачем американцу подговаривать извозчика?

Сани свернули с Тверской в узкий переулок и остановились около невзрачного трехэтажного дома. Около дверей топтался городовой.

– Приехали, баронесса, – сказал Алекс без всякого акцента.

Слишком поздно она поняла, что случилось. И возненавидела этого негодяя. Баронесса робко улыбнулась и вдруг рванулась вперед. Вот только меховая накидка стянула так, что нельзя было шевельнуться. Американец держал накидку слишком крепко.

– Не стоит пробовать, – мирно сказал он, обнимая меховой кокон.

Его лживые глаза смотрели прямо на нее.

На помощь спешил постовой, из дверей полицейского дома выходили еще двое. Оставался крохотный шанс.

– Помогите! – закричала баронесса из последних сил, захват давил на грудь. – Грабят! Спасите!

Случайный прохожий остановился было, но городовой показал ему кулак, он отвернулся и пошел дальше. А баронесса прямо в меховой накидке взлетела из саней и приземлилась на твердый снег. Меха пали, но за обе ручки ее крепко ухватили городовые. Фальшивый американец сгреб накидку, забросил в сани и улыбнулся. Баронессе хотелось плюнуть в эту предательскую и такую светлую улыбку.

– Пустите, – сказала она жалобно, стараясь заплакать. На морозе слезы не слушались.

– Отпустят, – сказал Алекс. – От трех до пяти лет каторги, и отпустят. Добро пожаловать в сыскную полицию, баронесса.

Без лишних разговоров городовые подняли ее и понесли. Баронесса попыталась вырваться, но силки держали намертво. Случилось то, чего не должно было с ней случиться. Никогда.

4Кредитная контора «Немировский и сыновья» вросла в Варсонофьевский переулок. Окрестным жителям казалось, что она находилась здесь всегда. Место было известное. Основные посетители – купцы, которым требовался быстрый кредит без лишней банковской волокиты, частные лица, покупавшее нечто движимое и недвижимое, биржевые маклеры, бравшие средства под операции, и просто те, кому нужен был кредит. Деньги в конторе выдавались легко, если человека знали, а в Москве все друг друга знают, но процент был куда выше банковского. Раза в два, а то и в три.