О чём книга «Юсупов. Серое Братство»
В зале огня и костей, где Темноглазый граф Топор грозно рявкнул, ульбарс приближался с холодным проклятием на языке. Молодой маг испустил последние силы, пытаясь отразить его атаку, но серебристая броня уберегла гостя от нокаута. В воздухе витал неприкаянный скандал, окутывая всю комнату....
— Значит, у вас нелюбовь к лекарням в целом, а не к душеправу в моем лице, — резюмировал я.
— Прекратите меня анализировать, Василий Михайлович, — насупилась Муромцева, но я только развел руки:
— Снаружи на двери есть табличка, на которой указано, что этот кабинет принадлежит душеправу. И анализировать поведение хворых — моя работа.
— Я не хворая, — возмутилась Виктория, и я важно кивнул, дожевывая батончик:
— Отрицание. Это первая стадия к излечению. И ее проходят все мои пациенты. А еще я рад, что вы начали со мной разговаривать.
— Я и раньше с вами говорила, — начала было девушка, но я покачал головой:
— Вы огрызались и рычали, Виктория Ильинична. А сейчас вы перешли к диалогу. И это меня радует.
Щеки девушки покраснели. Вряд ли кто-то говорил, что когда она злилась, то становилась особенно привлекательной. Мне вдруг захотелось сделать кое-что нелогичное. Подойти к девушке, вынуть шпильки из ее волос, позволив локонам выскользнуть из тугого узла и рассыпаться по спине. Но я остался на месте, пораженный собственным мыслям.
Девушка замялась, словно бы хотела что-то сказать. Я предположил, что знаю причину ее переживаний.
— Я не расскажу мастеру Круглову о том, что произошло.
— Он и так все узнает, — скривилась девушка и подошла к окну.
— Но если он спросит — я отвечу, что вы отлично себя проявили и закрыли меня от пуль.
— Но все было не так, — она нахмурилась.
— Вы просто не успели. Я прыткий для душеправа. И вы не ожидали, что я такой хороший бегун.
— Признаюсь, ожидала, что вы застынете столбом. Если честно, то думала, что вы сами встанете мне за спину.
Я усмехнулся:
— Жаль, что разочаровал. Но в свое оправдание скажу, что в следующий раз я обязательно спрячусь за вашей спиной.
Виктория насупилась:
— Следующего раза не будет. Я больше не позволю вам рисковать собой. Пока вы под моей защитой…
Я поднял руку, призывая собеседницу замолчать.
— Бросьте. Мы с вами оба понимаем, что Круглов решил перестраховаться и вынудил вас стать нянькой. Вам это не по вкусу. И мне тоже не особо нравится, что приходится терпеть ваше кислое лицо.
Виктория нахмурилась, и я указал на нее пальцем:
— И такое выражение вас не красит. Вам никто не говорил, что так вы кажетесь старше. К слову, сколько вам лет?
Муромцева взглянула на меня с такой злостью, что взглядом можно было плавить металл.
