Ненавижу тебя, сводный брат!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Остаюсь на первом этаже, в гостиной. Пожалуй, давно не бывал в родительском доме с такой регулярностью. И только она тому причиной. Заноза. Наши пути постоянно пересекаются, словно кто-то свыше забавляется этим.

Нервы на пределе, чувствую, что мне необходимо выпить.

Если бы еще вчера мне кто-то сказал, что буду у дочки Нелли на побегушках, я бы не поверил. Разбил бы в кровь поганые губы, что посмели допустить такое.

И вот, пожалуйста. Реальность жестока.

Больше всего меня бесит сочувствие. Глупое, странное, зудит глубоко внутри. Мне жаль девчонку, видно, что ей сейчас плохо.

По блестящим глазам и подтекам туши видно, плакала.

Всю дорогу в машине ее потряхивало, несмотря на включенную печку.

Еще бы, столько эмоций. Девочка-огонь.

Когда увидел ее на танцполе, сражающуюся с каким-то здоровяком в три раза крупнее, стало страшно.

Блядь, да я в жизни ничего не боялся. И тут это странное чувство.

Желание защитить. Разорвать глотку любому, кто ее хотя-бы коснется.

Когда договаривались с Бесом пересечься в клубе, уж точно не ожидал такой встречи.

Самое странное, заметил в глазеющей на скандал толпе Диму, парня Ульяны. Он просто стоял и пялился. Лицо бледное, растерянное. Охереть просто, он правда такая скотина и тряпка? Настолько трус, что не подумал даже помочь своей девушке?

Потом увидел, что его держит за руку размалеванная швабра.

Похоже, этот дебил последние мозги пропил.

Потерять такую как Ульяна. Променять на дешевку.

И снова накрывает волна ярости на самого себя, на собственные дебильные мысли. Блядь, совсем крыша потекла, Эстемиров? Тебе не пох, что творится в жизни этих малолеток? Встречаются, ссорятся, расходятся.

Зачем тебе думать об этом?

Бесполезно. Не могу выкинуть из головы, перестать анализировать.

Два кубика льда, приличная порция виски. Придется ночевать здесь, за руль уже не сядешь. Завтра встреча по бизнесу с утра, надо хоть немного поспать. Вот только смогу ли, зная, что она спит в своей комнате? Что мы одни в доме?

— Можно мне тоже? — дрожащий голос заставляет повернуть голову.

Стоит в дверном проеме. Босиком. Все в том же платье. Невинном и развратном одновременно. У нее охуенно длинные ноги, которые в любом наряде будут сводить с ума. Кошачья грация. Мягкая походка.

Девочка-мечта. Вся такая гибкая, тонкая.

— С тебя достаточно на сегодня алкоголя.

— Тебе жалко? — голос звучит обиженно.

Испытывает мое терпение.