Ненавижу тебя, сводный брат!

— Ужин через час, — коротко информирует Зухра.

— Если вам что-то понадобится, вот кнопка вызова персонала, — женщина указывает на место возле кровати.

— Если вам нужно помочь разобрать чемодан, оставьте его, прислуга это сделает, пока вы будете на ужине.

— Нет, спасибо, я сама все разберу. У меня совсем немного вещей, — киваю на свой рюкзак. Наряжаться в этом доме точно не планирую. Скорее выспаться, позаниматься, поплавать в бассейне и как можно скорее вернуться домой.

Здесь все слишком пафосно для меня. Кто этот Рашид, интересно? Родственник?

Если так, то вряд ли со стороны жены Эстемирова. Вряд ли родной человек позволял бы так обращаться с женщиной из своей семьи. Впрочем, кто знает, что за ситуация у Фарида, может его жена сама хочет избавиться от него?

Быстро принимаю душ, чтобы освежиться. Вытираюсь, достаю платье. Вечерним его можно назвать условно. Простое, кремовое. Мне в нем комфортно, считаю, что подходит на все случаи жизни. Я взяла еще колье, которое подарила мне Софья, привезла из путешествия в Албанию. Мне очень нравится эта колоритная вещица.

Кручусь перед зеркалом во всю стену. В комнату входит мама.

— Так и знала, тебе нельзя доверить выбор платья, — говорит укоризненно.

Подходит ко мне, на ее руке висит что-то темно-синее, кружевное.

— Поэтому, решила позаботиться об этом сама.

— Мам, я не хочу наряжаться.

— Моя дочь должна блистать, я очень этого хочу. Пожалуйста, Ульяна, не спорь. Этот вечер очень важен для меня.

В конце концов, решаю быть сегодня максимально послушной. Примеряю синее платье. У него довольно-таки открытая спина, кружевные прозрачные рукава, зато длина приличная, почти до колена.

— Оно очень красивое, — говорю искренне.

Собираю волосы в хвост, косой пробор, добавляю немного румян на щеки.

Все, вполне достаточно ухищрений.

— Вот теперь ты выглядишь просто изумительно дорогая, — довольно улыбается мама, глядя на меня в зеркало. Обнимает меня.

— Ты тоже выглядишь замечательно.

Это правда. На маме кремового цвета, расшитое стразами платье в пол. Очень ей идет, делает моложе, кожа сияет, глаза блестят. По уши влюбленная и счастливая женщина. У меня мелькает мысль, что все-таки любовь — это очень мощное средство, которое делает человека совсем другим.

Увы, я вряд ли смогу заставить себя полюбить Фарида, но если мама счастлива, наверное я должна его принять. Смириться. Такой счастливой я мать и не помню.