Ненавижу тебя, сводный брат!

Такого я точно не ожидала. Жутко злюсь на Эстемирова за то как поступил с Ульяной. Растоптал девочку, она в тяжелейшей депрессии. Влюбилась в него по уши, а он взял и бросил без объяснений! Убила бы, честное слово! Мерзавец!

Вот только… В последнее время и самому Эстемирову не сказать что сладко. Судя по тому, что видел Берслан — ему тоже паршивей некуда. Тогда почему бросил Ульяну? К чему все эти невыносимые страдания? Ничего не понимаю!

— Я бы не стал шутить такими вещами, — мрачно отвечает Бес.

— Ты узнал, почему они расстались?

— Жень, ты ведь знаешь, я терпеть не могу лезть с такими вопросами. Личная жизнь на то и личная. Мы никогда баб не обсуждали.

— Здесь что-то не так. Я не верю! Не верю, что Арслан настолько идиот, что действительно бросил Ульяну! И в то что он к смерти ее матери причастен тоже не верю.

— Успокойся, они сами разберутся.

— Не разберутся, неужели не видишь? Оба погибают друг без друга. Ульяна еле живая… Как он может отказываться от нее, как?

— Жень, пожалуйста, не нервничай. О ребенке нашем подумай, прошу тебя. Ситуация у них сложная, но они сами в ней разобраться должны, пойми.

Все равно провожу бессонную ночь. Никак не могу сообразить, не хватает всего одного паззла в общей картине. Почему эти двое внезапно так отдалились? Ведь любят же друг друга! Арс… никогда ни на кого он не смотрел так, как на Ульяну. Да, я конечно романтичная натура, о чем меня всегда муж поддевал, но не в этом дело. Я твердо убеждена, что тут вмешался кто-то еще.

Если бы не Женя, я бы, наверное, пропала. Окружила меня заботой, постоянно звонит, приезжает. Не лезет в душу, но если появляется возможность, иногда пытается выспросить, что произошло у нас с Арсланом. Хотела бы я сама знать. Есть ли моя вина, или он изначально так решил закончить наши отношения? Увы, похоже истины мне не узнать.

— Он ужасная сволочь, но в одном я уверена. Ему не легче сейчас, он с ума сходит, — произносит Женя.

— С чего ты решила? — спрашиваю как можно равнодушнее.

— С его графика боев! — восклицает нервно. — Он себя убивает. Завтра у него бой… Как же мне это не нравится, — прорывает Тоитову. — Ему нельзя в нем участвовать. Там слишком… слишком безбашенный и опытный соперник. Разные весовые категории и степень подготовки. Все говорят, что это будет убийство.

— Тогда зачем он согласился? — спрашиваю нервно.

— Откуда я знаю? — видно, что Женя ничуть не преувеличивает, ее потряхивает. — С ним разве можно говорить здраво? Никого не слушает, даже Берслана.