Ненавижу тебя, сводный брат!

Видимо отец приобрел для личных нужд, потрахивать любовниц периодически.

Нашел молоденькую шлюшку и впал в бешенство. Не знаю что взбесило сильнее. Может то, что мать болеет. Ей сейчас очень плохо, лекарства с одной стороны помогают, с другой — разрушают все. И разум, и тело.

Больно на это смотреть.

Поэтому Фарид свалил за границу, якобы на конференцию.

Но почему оставил шлюху дома?

Значит, это больше чем секс. Шкаф забит дорогими шмотками, девка явно живет там, и долго!

Меня так накрыло, задушить сучку хотелось. Неужели не нашла другого достойного применения своей внешности? Как можно в столь юном возрасте опускаться в такую грязь?

А еще испугался, ведь звонок о протечке был на телефон матери! Я случайно оказался рядом и ответил. Если бы мама отправилась сюда? У нее как раз ремиссия, она пытается заниматься домашними делами. Это отвлекает ее. Она бы точно сама отправилась!

После того как вышвырнул девицу за пределы жилого комплекса, вместе с ее вещами и побрякушками, вернулся и проверил все краны. Абсолютно сухо. Никаких протечек.

Так что это было? Любовницы не могут поделить моего отца? Месть бывшей? Или у этой мелкой дряни есть личные враги, не имеющие к нам отношения?

В последнее верится меньше всего.

Нет. Тут точно замешана женская ревность.

Надо найти мстительную суку, которая хотела сделать больно моей матери.

— Арс, ты сегодня просто нечто. У тебя опять стояк, — хихикает Кира, ведя рукой по члену.

Чувствую растущее раздражение. Почему у меня встает стоит только представить ту длинноногую сучку. У отца всегда был прекрасный вкус. Но эта девка — нечто особенное. Ноги от ушей. Гибкая, тонкая. Волосы по плечам, слегка волнистые. Редкий цвет, пепельно-русые. Почему-то я уверен, что не крашеные. Одета была как шлюха, но лицо — сама невинность. Губы пухлые.

Обхватываю Киру за шею, тяну ее лицо к своему паху. Она отлично умеет сосать. Вбирает глубоко, насаживается на член ртом.

Представляю, что делаю то же самое с девкой в той квартире.

И презираю себя за подобные фантазии.

Она делала то же самое старику. Это омерзительно. Кира увеличивает темп, и я охуительно долго кончаю в ее горло.

— Я думала мы проведем весь день в постели, — Кира изображает обиду.

— У меня встреча, — бросаю коротко, застегивая запонки на рубашке.

— Можно с тобой? — стягивает с себя покрывало, выставляя свое обнаженное тело.

Скольжу по ней взглядом. Знает, как хороша. Большая грудь, плоский живот, длинные ноги, золотистый цвет кожи.