(Не) фиктивный брак (СИ)

Прежде чем моя мать успевает что-то сказать, вмешался Александр, его голос был холодным и резким:

— Госпожа Васильева, вы прекрасно знаете, о чем здесь идет речь. Дело не только в фиктивном браке. Дело в ваших лживых действиях в отношении картин Екатерины на выставке, — говорит он, сверкая гневом.

Глаза моей матери расширяются от шока, она явно ошеломлена неожиданной вспышкой Александра. — Как ты смеешь так со мной разговаривать? Кто ты такой, по-твоему? — возражает она голосом, полным негодования.

Александр не отступает, его голос непоколебим.

— Я точно знаю, кто я, госпожа Васильева. И я также знаю, что вместо того, чтобы поддерживать и продвигать талант вашей дочери, вы с господином Васильевым решили скупить все ее картины, обесценивая ее труд и мечты, — твердо отвечает он.

Лицо моей матери становится ярко-красным, и на мгновение я думаю, что она сейчас набросится на Александра. Но вместо этого она усмехается:

— Никто никогда не купит мазню Екатерины. Сейчас в моде настоящее искусство, а не устаревшая классика.

Я чувствую, как моя кровь закипает от ее пренебрежительных слов, готовая защищать свое искусство и свою страсть. Но прежде чем я успеваю что-то сказать, Александр снова вмешивается, его голос прорезает гнев и напряжение в воздухе.

— Госпожа Васильева, ваше мнение о таланте Екатерины не имеет веса. Она талантливая художница, и ее работа заслуживает признания. Жаль, что вы этого не видите, — сказал Саша разочарованным тоном.

— У вас есть средства для поддержки и продвижения таланта вашей дочери, — продолжил Саша, его голос пронизан гневом.

 — Но вместо этого вы и ваш муж сами скупаете все ее картины, фактически обесценивая ее стремления, и желание расти как художнице. Вы без задней мысли разрушили ее мечты.

Моя мать открыла рот, несомненно, готовая защищать свои действия, но взгляд Александра заставил ее замолчать.

— Даже не пытайтесь оправдываться. Вы точно знаете, что делаете, и не имеете права так говорить об искусстве Кати или ее потенциале.

Ваши слова — позор.

Моя мать была ошеломлена прямотой Александра, ее слова застряли у нее в горле. Она посмотрела на меня со смесью гнева и недоверия в глазах, прежде чем развернуться и уйти, оставив нас стоять в тишине.

Глядя, как она исчезает в толпе, я не могу не почувствовать прилив благодарности к Александру. Несмотря на наши разногласия и проблемы, с которыми мы сталкиваемся в браке, он заступился за меня, защищая мое искусство и мои мечты.