Зеркало Лукреции Борджиа

Только кивнул на этого, который на кота похож. Тут уж он с нашей Любой заговорил. Опять же я сперва слов не разобрала, только слышно – мур-мур, мур-мур, прямо как кот на печке! Только слышу по голосу, что он уговаривает Любу, а потом пугать начал… тут уж он погромче заговорил, я кое-что и расслышала. У тебя же, говорит, у первой неприятности будут… и еще что-то про анализы. А она сперва вроде не соглашалась, а потом кивнула, к себе в комнату сбегала и принесла им какие-то бумажки, как той, черненькой. Они бумажки взяли, а ей денег дали…

Нянька тяжело вздохнула и завела прежнюю песню:

– Вот ведь нет на свете никакой справедливости! Почему одним за каждую бумажку большие деньги платят, а я тут целый день спину ломаю, а мне гроши…

– Ладно, держи! – Людмила отдала няньке обещанную купюру и строго спросила: – Это все? Больше ты ничего не видела и не слышала?

– Вот как есть все! – Нянька сделала честные глаза, хотела даже перекреститься, но передумала.

 – Ну, вот, разве что, знаю я, что доктор наш, Юрий Иваныч, с Лизаветой в бельевой каждый вторник уединяется, так это тебе, наверное, не интересно…

– Нисколько не интересно, – подтвердила Людмила.

– А тогда больше ничего не знаю! – Нянька взялась за швабру. – Так что иди, девонька, своей дорогой, а мне еще тут работать и работать! За меня ведь никто не сделает…

Людмила покинула лабораторию, обдумывая то, что ей удалось узнать от словоохотливой няньки.

А удалось ей узнать интересные вещи.

Вскоре после смерти Антона в клиническую лабораторию больницы приходила Юлия Борисовна.

Она заплатила Любе Стриженковой, и предприимчивая лаборантка отдала ей какие-то бумажки. Какие – нетрудно догадаться: те самые результаты анализов, которые Людмила нашла в квартире Юлии.

Почти сразу после ухода Юлии сюда же, в лабораторию, в сопровождении местного врача пришел Леопольд Давидович. Он снова вызвал лаборантку Стриженкову и долго с ней о чем-то разговаривал, чередуя уговоры и угрозы. О чем – нетрудно догадаться: он тоже хотел получить результаты анализов.

И Люба недолго сопротивлялась: она решила продать один и тот же товар дважды и отдала Леопольду копии бланков…

Правда, такая ловкость стоила ей жизни: через три дня после этих событий Люба попала под машину. И вряд ли это был несчастный случай – это было убийство. Круги по воде пошли от Юлии – она, убедившись, что ее любовника отравили, пыталась расследовать его смерть. И была неосторожна, прокололась где-то.