Зеркало Лукреции Борджиа

Вытянувшись перед врачом, как солдат на плацу, женщина отчеканила:

– Пациентка номер семь в порядке, нарушений дисциплины сегодня не было!

– Полина прежде служила в воздушно-десантных войсках, – не то с гордостью, не то со смущением пояснил Анатолий Германович для Людмилы.

Только теперь Людмила увидела саму пациентку.

Это была миниатюрная, худенькая женщина неопределенного возраста. Она сидела в глубине комнаты в обитом мягкой тканью кресле, сложив руки на коленях, как примерная ученица, и глядя перед собой немигающим взглядом.

На ней была аккуратная блузка из розового шелка и черные узкие брюки.

– Валентина Романовна, к вам пришли! – проговорил доктор странным, чуть растерянным голосом.

Худенькая женщина повернулась сначала к нему, затем, не увидев ничего нового, – к Людмиле.

– Здра-авствуйте, ми-илая! – проговорила она, заметно растягивая слова. – Как это ми-ило, что вы ме-еня навести-или… здесь такая ску-ука… с ума сойти мо-ожно!

Людмила с мучительным любопытством разглядывала эту женщину, пытаясь найти в ней сходство с Глебом.

Пожалуй, узкие губы и такой же, как у Глеба, разрез глаз… но сами эти глаза казались неживыми, словно были стеклянными.

– Ми-илая, – снова обратилась к ней Валентина, – я вас зна-аю? Ка-ажется, мы встреча-ались на премьере в Бо-ольшом… вы – племянница Варва-ары Константиновны?

Людмила не нашлась, что ответить, да ее ответ, кажется, был Валентине не нужен.

Она улыбнулась узкими губами:

– Кака-ая у вас сла-авная блузочка! Это натура-альный шелк? Наверняка итальянская…

Она потянулась рукой к Людмиле, но Полина ловко перехватила ее руку и отвела в сторону.

Валентина этого, кажется, не заметила. Она продолжала светский разговор:

– Ми-илая, я совершенно отстала от жизни! Не помню, когда уже была на премьере или на верниса-аже… честно говоря, мне и надеть-то нечего! Все мои ве-ещи куда-то пропада-ают… а самое гла-авное, у меня такой скверный парикмахер! Не то что у вас, ми-илая!

С этими словами она снова протянула руку к Людмиле, но на этот раз Полина немного запоздала, и худощавая женщина успела схватить ее за плечо.

Людмиле показалось, что в нее вцепились железными клещами. В то же мгновение Валентина вскочила, раскрыла рот, как хищный зверь, и закричала страшным, высоким голосом, визгливым, как скрип железа по стеклу.