Зеркало Лукреции Борджиа

В самом центре поселка стояли три пятиэтажных панельных дома, первые этажи которых занимали два продуктовых магазина, кафе с выразительным названием «У папика», почтовое отделение и странное заведение под вывеской «Элитный секонд-хенд». Из окон верхних этажей свисали, как флаги полной капитуляции перед жизнью, сохнущие рубахи, штаны и прочие предметы одежды коренных таракановцев.

В стороны от этих пятиэтажек, как метастазы, расползались жилые бараки и обычные деревенские дома, выкрашенные одинаковой унылой темно-зеленой масляной краской.

Людмила затормозила и огляделась по сторонам.

Около ее машины тут же возник малолетний абориген, который без долгих раздумий начал откручивать зеркало.

– Слушай, ты, умелец. – Людмила попыталась отвлечь его от такого предосудительного занятия. – Оставь зеркало в покое, лучше скажи мне, где тут у вас санаторий «Тенистая дубрава»?

Недоросль уставился на нее бессмысленным взглядом, засунул палец в нос и проговорил простуженным голосом:

– Санаторий. Тенистая.

Дубрава. – Людмила повторила свой вопрос как можно медленнее и отчетливее, надеясь все же установить контакт с мирными туземцами. Но тут из продуктового магазина выкатилась тетка лет шестидесяти с клетчатой сумкой. Увидев малолетнего вредителя, она заорала:

– Максимка, олух бесполезный, ты что тут колупаешься, когда я тебе велела идти Машку искать?

– А чего ее искать, – хмуро отозвался тот, – я и так знаю, где она! На помойке кормится!

– Вот и иди за ней, там тебе самое место!

– Женщина, – обратилась к ней Людмила, – скажите, где здесь санаторий?

– Какой еще санаторий? – Тетка взглянула на нее неприязненно.

 – Нет здесь никакого санатория!

– Как же нет? – переспросила Людмила. – Санаторий «Тенистая дубрава»…

– Ах, «Дубрава»! Так какой же это санаторий? Это дурдом для богатых! Это, значит, тебе нужно вон туда ехать, мимо памятника, потом свернуть направо, и там по дороге еще километра два, не ошибешься!

Людмила поблагодарила женщину и поехала в указанном направлении.

Проехав мимо выкрашенного кладбищенской серебрянкой памятника какому-то местному партизану, она свернула направо и оказалась на неожиданно хорошей асфальтированной дороге.

Проехав по этой дороге около двух километров, Людмила остановилась перед железными воротами в трехметровой бетонной стене. Никакой вывески на воротах не было.

Людмила посигналила. Рядом с воротами открылась неприметная калитка, и на дорогу вышел рослый мужчина в камуфляжном комбинезоне.