Крепость большого леса

Но с нами гражданские… Вероника…

– Вот и будем поддерживать у них надежду на возвращение. Тем более что шанс имеется. Если вселенные нередко сталкиваются и соединяются через червоточины…

– Иномерианы.

– …то вероятность обнаружить ещё одну не нулевая, – закончил Максим.

– Оптимист ты, однако, командир.

– А ты пессимист?

– Ну, если учесть формулировку: пессимизм – это преждевременно высказанная правда, то я пессимист.

Максим засмеялся.

– Плохо тебя воспитывали родители, Жора, не научили говорить правду вовремя.

– Я подкидыш, меня органы воспитывали.

Максим протянул лейтенанту руку, и тот с размаху стукнул по его ладони своей ладонью.

Самолёт устремился в обратный путь, к знакомому «слою бутерброда» с Большим Лесом, ставшим почти родным.

На этот раз Максим заставил аппарат лететь с максимально возможной скоростью, и до равнины с кратером они домчались всего за двадцать две минуты.

– Хорошая машина! – прокомментировал испытания «демонского» суперджета Редошкин. – Движок бесшумный, летает быстро, и кабина герметичная. В паузе невесомости дышалось легко, да и температура не падала. Жаль, что конструкторы не догадались закапсулировать кабину каким-нибудь полем. Ведь если двигатель создаёт антигравитационную тягу, он мог бы и экипаж уберечь от перегрузок и невесомости?

– Может, мы просто не знаем, как включается защита, – сказал Максим. – Вернёмся в Крепость, попробуем разобраться, пусть учёная братия поломает голову.

– Итак, курс на север?

Вместо ответа Максим врубил форсаж.

⁂До чёрного леса долетели как стратегическая ядерная ракета – сделав бросок через стратосферу.

Совершили круг, наблюдая за роением шмелей и рысканьем эскадрилий «птеродактилей». Затем сориентировались – и двинулись дальше.

Максим запомнил подсказку взятого в плен пилота «Ми-8», хотя она и была приблизительной, но выбирать направление не приходилось, и самолёт прыгнул на полторы тысячи километров «к северу», где должен был располагаться некий «центр обороны» противника владельцев Крепости.

«Северный» ландшафт отличался от «южного» тем, что воронок здесь было ещё меньше, а холмов больше. Реки делали петли, впадая в озёра, покрытые космами водорослей.

– Кстати, давай искупаемся, пока никто не мешает. Я бы и бельё поменял, да в Крепости его нету.

Максим подумал о Веронике, которая тоже давно просилась искупаться, и согласился с предложением лейтенанта.

Нашли небольшое озерцо с чистой, не заросшей водорослями лагуной, искупались, почувствовав огромное облегчение.