Крепость большого леса

– Мёртв!

Вероника вздрогнула, прижав ладонь к груди, глаза девушки стали большими.

– Гадство! – вырвалось у Кости. – Макс, товарищ майор, а оживить его Лес не сможет?

– Бог он, что ли, ваш Лес? – пробурчал Точилин.

– Все выйдите! – сказал Максим. Поймал взгляд Савельева. – Прошу вас, товарищ полковник!

– Идёмте, Виктор Викторович, – сказал Сергей Макарович. – Ребров знает, что делает.

Плащинин поколебался пару секунд, но возражать не стал.

– На выход!

– Останься, – задержал Максим Веронику.

Девушка послушно вернулась.

Максим дождался, пока все выйдут, сжал её плечи, заглянул в глаза.

– Как говорил мой дед: мужчины и женщины – две цивилизации, порой такие разные, что диву даёшься, как они уживаются на одной планете. Это правда. Но правдой является и другое его высказывание: истинный человек – это мужчина и женщина вместе!

В глазах Вероники, ставших глубокими и тёмными, родилось понимание.

– Ты хочешь…

– Оживить парня! Не уверен, что у нас получится, позовём на помощь Лес. Возможно, понадобится отдать много энергии…

– Хоть полжизни! – храбро сказала она.

– Полжизни не надо, – улыбнулся он, – просто будь со мной, физически и мысленно.

– Как скажешь.

– Ложимся рядом.

Они подвинули тело капитана, устроились на лежаке с другой стороны, прижались плечом к плечу друг друга, взялись за руки.

– Закрой глаза, зови Лес и думай о капитане, желай ему, чтобы он ожил.

Вероника закрыла глаза.

Максим сделал то же самое, сосредоточился на внутренней тишине, принял в сферу своего сознания тёплое облако мыслей Вероники, отчего сразу захотелось летать, и подумал о Лесе…

Через несколько нескончаемо длинных секунд пришло ощущение разверзающейся под лежаком бездны, заполненной бесконечной объёмной паутиной. Мимолётно вспомнились слова Кости, что мозг Леса – его корневая система. Бездна стала вибрировать, порождая тихий гул. Послышался шёпот… впрочем, это был не шёпот, не человеческий голос, не звук вообще, скорее – мысленно-чувственный импульс, создающий в голове «послевкусие смысла»:

«Человек… чего ты хочешь?»

– Помощи! – вслух выговорил Максим, почувствовав, как вздрогнула рука Вероники.