Ищущий Битву

Дикие лица, искаженные звериной злобой, были совсем близко, и наши мечи уже выбирали себе первые жертвы.

Внезапно море раздалось, и огромный всадник, весь в черном, на огромном черном коне, медленно двинулся к воротам сквозь замершую в благоговейном ужасе орду. Стальной обруч на его голове тускло блестел в наступающей тьме. Он сам был тьмой, и тьма следовала за ним. Мертвенный ужас преданным псом бежал у его ног. Мы невольно попятились, смыкая строй…

…Вход в подземную страну отворился, как только прозвучали последние слова заклятия.

Могущественные маги, сделав свое дело, отступили за наши спины, сжимая светящиеся в сумрачной пасти тоннеля посохи. Первая стрела, пущенная Лисом, тут же вонзилась в грудь страшилища, заступившего нам дорогу. Второе отступило, прячась за выступ скалы, выставляя вперед украшенное пучками длинных черных волос копье.

Я оглянулся. Сотни круглых зеленоватых глаз с надеждой смотрели на меня. Никто из следовавшего за мной «войска» не горел желанием первым ступить на землю своих предков.

Я взревел и бросился вперед, стараясь схватить копье. Гоблин высунулся, норовя ткнуть меня в грудь, но вторая стрела, пробив горло, заставила его замертво рухнуть на гранитный пол. Однако это были лишь первые шаги в чреве Закатных гор. Тот, имя которому было Безымянный Ужас, таился там, в глубине, в лабиринте пещер…

…Вокруг меня валялась целая орда мерзких тварей, некогда бывших людьми. Они были мертвы, но и я теперь был безоружен. Обломок копья, которым я действовал, словно шпагой, остался в килеватой груди вардунга, ухватившегося за него мертвой хваткой.

Единственный стоявший передо мной противник, сложа руки на груди, безучастно наблюдал за происходившей у него на глазах бойней. Гибель войска, видимо, нисколько не трогала его. Он не был вардунгом. Он был Никем. Я переступил через скорчившееся у моих ног тело, приближаясь к нему. Он стоял не шелохнувшись, едва видимый во мраке коридора в своем одеянии из черного бархата.

– Вспомни, как надо сражаться, – безразлично произнес он, и апатия на его лице была способна остановить Ниагарский водопад.

– Примерно так! – крикнул я, в немыслимом прыжке нанося удар ногами в грудь вардунгу, появившемуся из-за его спины. Тварь безжизненно взмахнула своими длинными, едва ли не до колен, руками и, хрипя, стала сползать по стене.

– Ты хорошо вспомнил? – все тем же тоном спросил он, глядя на меня взглядом, скорбным, как похоронная процессия.