Ищущий Битву

 – Скорее на адмиральскую галеру! Не дадим этим крысам бежать в свою нору!

– Эй! Эй! Не так быстро! – Седовласый рыцарь прыгнул на борт отходящей галеры. Я последовал за ним.

Не помню, что было дальше. Как сквозь сон, плыли перед моим внутренним взором удары, удары, удары. Я наносил и отражал удары. Очень много ударов. Потом наступил мрак…

Ведро воды привело меня в чувство. По всей видимости, таких ведер было уже много. Первое, что я увидел перед собой, открыв глаза, было смуглое черноглазое лицо с крючковатым носом и капризными губами под аркой черных как смоль усов.

Два дюжих сарацина подхватили нас и волоком потащили по палубе.

– Я велю гнать галеру так, будто сам шайтан гонится за нами по пятам, и горе вам, если вы собьетесь с ритма! – напутствовал нас адмирал.

В тот день мы вдоволь изведали кнута и обжигающе соленой воды, которой поливали наши спины после каждого удара. Нам до конца наших дней хватило палящего солнца и изнурительного восточного ветра, сжигающего легкие. Но вот стемнело, и адмирал был вынужден сбавить ход.

Сделав это, он удалился в свою каюту, бормоча что-то под нос.

– Кто вы? – прошептал сосед седовласого рыцаря, как и мы, прикованный к веслу.

– Христианские рыцари, – так же тихо ответил мой друг.

– Эка невидаль! Здесь все гребцы – христианские рыцари. Аль-Сеид выискивает их по всем землям, подвластным султану, и покупает гребцами на свой корабль. Платит втридорога. Но денег он не жалеет. Позвольте представиться: я – Алек, граф де Фуа.

– Послушайте, граф, но ведь это же прекрасно! – Седовласый рыцарь недобро усмехнулся разбитыми губами.

 – У меня есть план. Я предлагаю захватить корабль!

– Что бы ты ни придумал, дружище, я с тобой. Я уверен, что и все остальные тоже. Расскажи только, что делать?

Одинокий надзиратель, носивший имя Махмуд, мрачнее тучи ходил по палубе, изредка, для острастки, щелкая бичом и выкрикивая ругательства на своем диком языке. Вторая его рука покоилась на рукояти кривого меча, торчавшего за поясом. Вообще-то надзирателей сейчас должно было быть двое.

Но кто же виноват, что волею Аллаха их всего осталось двое – он и Али – на этом благословенном корабле. Если бы христианские собаки, ворочающие сейчас веслом, не причинили светлейшему адмиралу сегодня столько скорби и хлопот, и ему бы, Махмуду, был положен отдых. А так – он обреченно щелкнул бичом: Али – Махмуд, Махмуд – Али.

Проходя мимо нас, он с оттягом хлестнул по спинам «христианских собак» и двинулся было дальше.