Ищущий Битву

Я – секретарь аббата Сен-Тибальда. Он и его свита ждут у ворот крепости. Стража не пускает их в город.

– Сен-Тибальд? Его сиятельство уже здесь? Простите, ради бога. Да-да, конечно. – Комендант торопливо накинул на плечи золотистую тунику с лазурным грифоном. – Сейчас, сейчас! Да вы располагайтесь. – Рыцарь подхватил со стола бронзовый колокольчик и что есть силы затряс его над головой.

В дверях появилась недоумевающая рожа дворецкого.

– Пауль, вели накрывать на стол. Господин… э-э-э…

– Господин Д'Орбиньяк устал с дороги.

– Если позволите, я пойду с вами и поприветствую своего господина, въезжающего в Ольденбург.

Спустя четверть часа кортеж Лоншана ступил под гостеприимные своды ворот Ольденбургской крепости.

– Я рад приветствовать вас, ваше сиятельство. – Климент фон Риненкамп, красовавшийся уже верхом на буланом жеребце в виде, пристойном для высокого звания коменданта, отсалютовал мечом мнимому аббату.

– Не беспокойтесь, ради бога. Его высочество отдал все надлежащие распоряжения по поводу вашего приезда.

Гостиница «Черный орел» полностью предоставлена в ваше распоряжение. Если что не так, мой повар, и мой винный погреб к вашим услугам. Какие-нибудь неудобства – мой помощник Отто фон Шелленберг будет готов сделать все, что в человеческих силах. Располагайтесь, пожалуйста!

– Как, вы сказали, зовут вашего помощника? – переспросил ошалевший Лис.

– Отто фон Шелленберг. А что? Вы знакомы?

– Да нет. Просто имя слышал, имя известное, хорошее, надо признать, имя… – Секретарь его сиятельства безразлично пожал плечами.

 – Капитан, тебе не кажется, что не один я здесь развлекаюсь маскарадом?

– Не кажется, мой дорогой друг. Шелленберги – древний дворянский род. Меня занимает другое. Тебя не удивляет, что твоего будущего шефа принимают здесь слишком шикарно? Не похоже на заурядную дипломатическую вежливость.

– Ответ прост, как правда: дорогой гость.

– Похоже, что так. Но почему настолько дорогой?

– Видимо, Оттон связывает с приездом Лоншана большие надежды.

– Или же пытается залюбить господина канцлера до умопомрачительства. Так сказать, расслабить, заставить потерять бдительность.

– Может, и так. Во всяком случае, этот факт следует отметить и зафиксировать.

– Меня вот еще что смутило: Лоншан путешествует инкогнито. Не так ли?

– При этом комендант первого же крупного города не просто оповещен о его приезде, но знает, что это такой же аббат, как я – балерина, и готов расшибиться в лепешку, чтобы услужить ему.