У Великой реки. Битва

И разрази меня гром, если она не исчезла из нашего плана бытия: я почувствовал это всем своим существом – словно что-то давить на сердце перестало. Интересно, к кому ее закинуло?

в которой друзья отправляются в конный поход – и, как всегда, не без происшествий

– Ты уверена, что здесь безопасно? – уже в третий раз спросил Орри у Маши. – А если она снова припрется, чего делать будем?

Буйство провалившейся к нам ракшасы произвело на него неизгладимое впечатление. Несмотря на то что Маша ему дважды подробно рассказала о гаснущих порталах и даже рисовала на песке схему, почему ракшаса не могла остаться в нашем плане, гном упорно ей не верил и был не в силах выпустить из рук свой громобойный штуцер, который сегодня оказался очень к месту, чтобы спасти наши головы от совершенно безобразного их отрывания, или какие там у ракшасы были творческие планы на наш счет. Хотя, с моей точки зрения, Орри-пулеметчик был куда полезней отряду, чем «штуцероносец».

– Не припрется. И в любом случае я сторожей наставила. Никто сюда тихо не придет, разве что сам Пантелей.

– А если Пантелей, то он нам и нужен. Разберемся, – устало пробормотал я, перевернулся сбоку на спину и хлебнул армирского коньячку из серебряной фляжки.

Коньячок оказался здесь не менее кстати, чем упомянутый штуцер. Срочно требовалось снимать последствия стресса. Травмы же подлечились из моих запасов целебных бальзамчиков, воткнувшуюся в руку щепку выдернула Лари, после чего запечатала рану каким-то заклинанием, хранившимся у нее в браслете. А вот последствия моральных травм лечились отличным коньяком, отдающим божественным виноградом со склонов Прибрежного хребта. Хорошо! К фляжке и Лари уже приложилась, и Маша. А гномы достали флягу с водкой и, помянув Бороду Прародителя, залили в себя по паре стопок, закусив чесночными сухариками.

– Валер научил, – усмехнулась Маша, ответив на мой немой вопрос. – Он ведь рабом был до шестнадцати лет, пока Силу чувствовать не начал. И первое, что придумал, – заклинание «как сломать ошейник». И всех потом ему научил, кто желает. А своих учеников обязательно.

Рабами оказались трое друэгаров, и за подаренную им свободу, в которую они поначалу долго не верили, бывшие рабы взялись караулить ночью, выбрать лучших коней, нарисовать карту и даже пожарить мясо – половина свиной туши обнаружилась на леднике в подвале особняка. И теперь со двора тянуло божественным ароматом жареной свинины: друэгары жарили здоровые ломти мяса прямо на костре во дворе.