Колечко с бирюзой

 — Только что выпали, потому как желторотые и летать не умеют. — Он посмотрел на Наташу и быстро отвел взгляд. — Неужели из-за какой-то бабенки, Карташ, мы себе и всем окружающим, — кивнул он на зал, — настроение испортим?

— Заруби себе на носу, Пеликаша, и пацанам своим накажи, что эта дама — моя жена, которую твои бесхвостые орлы изрядно напугали! — Егор притянул к себе Наташу и вдруг быстро, по-хозяйски поцеловал ее в сомкнутые губы.

— Странненько, — на манер кота Базилио почти пропел Пеликанов, — и непонятненько, как непоколебимый Карташ мог допустить, чтобы его баба с чужим мужиком гужевалась?"

"— А это не твоего ума дело, Пеликаша! Это наши семейные дела, и если бы я ей не доверял, то никогда бы на ней не женился! А здесь я оказался по той простой причине, что давно знаю, в какой гадюшник ты превратил наш «Поплавок». Вот и решил свою жену подстраховать от приставаний различных подонков. И, как видишь, не ошибся!

Всю обратную дорогу домой они молчали. Егор завел машину в гараж и догнал Наташу уже у дверей ее комнаты:

— Задержитесь на минуту! Мне надо с вами поговорить!

— Я хочу переодеться!

— Пять минут еще перебьетесь! — Он схватил Наташу за руку, увлек на кухню, усадил напротив себя, потом облокотился о стол и с минуту сосредоточенно, в упор рассматривал ее. Наташа сидела ни жива ни мертва. Вот-вот он узнает ее. Нет, не узнал, потому что отвел взгляд, встал и отошел к окну.

«Сейчас закурит», — подумала Наташа, но ошиблась. Егор с остервенением ударил кулаком по холодильнику, отчего ни в чем не повинный агрегат задрожал и забился, как в истерике.

— За всю свою жизнь не встречал такой тупой и стервозной женщины! — Егор опять подошел к столу, оперся руками о край столешницы и с бешенством глянул в растерянные женские глаза. — В телохранители я вам не нанимался, и в следующий раз подобную кашу будете расхлебывать сами!

Наташа, хотя и струсила порядком, но собрала все эмоции в кулак и с вызовом произнесла:

— Да, я признаю, что поступила как последняя дура, но это не дает вам права орать на меня и тем более заявлять на весь белый свет, что я ваша жена! Какая к черту жена, что вы себе позволяете?

— Здрасьте! По-вашему, я должен был долго и подробно объяснять этому…

— Брахицефалу, — с готовностью подсказала Наташа.

Егор вдруг улыбнулся, покачал головой и повторил за ней:

— …этому брахицефалу, что на самом деле вы для меня практически посторонняя женщина.