Переводчик

Через пятнадцать минут на трех МТ-ЛБ они покинули расположение отряда. Грязь летела с гусениц уходящих в предрассветную мглу бронированных машин. Ревели дизеля. Машины дымили выхлопом и шли, шли в неизвестность…

Глядя уходящей группе вслед, Олег вдруг подумал, что видит их всех в последний раз…

В штабной палатке Романов сидел над картой района и разговаривал по телефону с командиром отряда сорок пятого полка. Олег из-за спины командира взглянул на рабочую карту. Никакой обстановки там нанесено не было, и Нартов сделал правильный вывод, что вот в очередной раз большие командиры послали бойцов воевать ""туда, не знаю куда…""

Под самим Хатуни шла интенсивная стрельба — десантники уже вступили в бой.

С кем они там воевали, еще пока не было ясно, так как вдруг выяснилось, что связи с комендантским взводом нет. Вполне возможно, что сейчас десантура мочила комендачей, приняв их за боевиков.

На входе в палатку появился Иванов. На нем был надет разгрузочный жилет, пояс с выстрелами к подствольнику, на груди висел бинокль, с боку ротный придерживал автомат.

— Товарищ подполковник, группа готова.

Романов на миг оторвался от телефона:

— Иди сюда…

Иванов подошел.

— Сейчас коллеги сообщили, — Романов указал пальцем на карте: — Сопротивление оказывается вот здесь, здесь и здесь. — Командир провел рукой по карте. — Так что давайте тоже выдвигайтесь, вставайте вот здесь и ждите команды. Состав сил противника пока не установлен, характер их действий — тоже. Будешь принимать решение на месте.

Предположительно, при отходе, боевики могут пойти этой тропой. В таком случае они выйдут на вас.

— Понял, — кивнул Иванов. — Будем бить…

— Только в начале удостоверься, что это не соседи наши и не комендачи…

— Сигналы взаимодействия? — Спросил ротный.

— Пока не установлены. Но все равно постарайся не бить своих…

— Постараюсь…

— Ну, давай! Ни пуха!

— К черту!

Иванов четко повернулся и вышел из палатки. Вскоре взвыли дизеля, и еще одна бронегруппа покинула расположение отряда.

Внезапно стрельба со стороны Хатуни усилилась, хлопнуло несколько взрывов. Уже рассвело, но в тумане ничего нельзя было разглядеть на таком расстоянии. Вскоре на связь вышел Серебров, и после десятка слов, относящихся к ненормативной лексике, сообщил:

— Десантура нас обстреляла! Мы им тоже ввалили. Пока разобрались…

— Потери? — с замиранием сердца спросил командир."

"— Двое ранены. Один — тяжело, — отозвался Серебров. — Я уже отправил их на тягаче назад.