Переводчик

Загнать человека в бой мы можем, а вот лечить мы его не можем — у нас денег на это нет… правильно Борисович говорит, что у нас жизнь солдатская ничего не стоит…

— Приду с армии, — вдруг сказал Вовка, — поступлю в медицинский институт. Буду военным хирургом.

Наверное, Вовка давно вынашивал эту мысль…

— Дельно, — поддержал своего подчиненного Кириллов. — Чем смогу — помогу.

— Отслужившим в армии привилегии какие-нибудь положены при поступлении? — спросил Вовка.

— Какие-то положены… — обнадежил его Олег и встал.

 — Ну, спасибо за чай, пойду я…

Когда Олег вышел из палатки, Саша вышел следом:

— Погоди…

Олег повернулся и выжидающе посмотрел на Кириллова. Тот спросил:

— Ты меня хотел о ком-то спросить?

— Нет, — соврал Олег.

— Зря. А вот одна известная вам мадам очень интересовалась вашим здоровьем, а еще она просила тебе передать, что хочет перед тобой извиниться за какой-то пьяный разговор.

Олег сделал вид, что не понимает, о чем идет речь. Саша усмехнулся:

— Олег, она ждет тебя в гости.

— Хорошо, — сухо кивнул Нартов. — Ладно, я пошел. Спокойной ночи…

— Взаимно, — отозвался Кириллов.

Олег двинулся к своему блиндажу, а в душе у него вдруг все радостно запело. Он гнал от себя эти мысли, но они не уходили. Где-то, совсем недалеко отсюда, в Ханкале, в палаточном госпитале живет и работает она… в грязи по колено, без сна и отдыха, на грани психического срыва от своей работы…

И совсем далеко отсюда, в родном городе ждет любимая, которая скоро должна стать законной супругой.

Там у нее нет грязи по колено, у нее нет изматывающей до смерти работы, она не знает, что такое спать в сутки меньше двух часов неделю подряд, она не видела не отапливаемую палатку-морг с кучей разорванных войной человеческих тел…

Олег спустился в блиндаж, лег на нары и закрыл глаза.

Мужики играли в карты. Мишин проигрывал и оттого сильно матерился. Олег не заметил, как уснул.

С утра в отряде началась суета, свойственная подготовке к большому походу. В ротах провели стрельбы, в том числе и реактивными гранатами.

Олег тоже отстрелил одну ""Муху"" и остался страшно довольным сим действием. В сорок пятом разведывательном полку тоже чувствовалась суета.

После обеда две роты были посажены на бронетехнику и убыли в сторону Сельментаузена с задачей маневрировать в районе вне базы так, чтобы с высот, на которых могли находиться расчеты ПЗРК духов, не было видно, где находится большая часть отряда специального назначения.