Бездушный

Оглядываюсь – Маша с Артемом сидят на бревне возле дерева. Вышвыриваю окурок, подхожу к ним.

— Сейчас вас заберут мои ребята.

— Я никуда не поеду, — заявляет Маша.

— Это еще почему? — выгибаю брови.

— Тебе надо в травмпункт, сделать рентген грудной клетки, — выдает она.

Тебе...

Вот мы и перешагнули наш барьер. Жаль, что для этого надо было попасть в аварию.

— Со мной всё в порядке, небольшой ушиб. А ты и Артем не будете здесь мерзнуть. Вы едете домой. Немедленно! — командую я.

— Мы уедем, но ты поедешь и проверишь ребра, — указывает она мне грозным голосом.

Ух, какая! Ухмыляюсь. Такая Маша мне нравится больше, чем бегущая от моих тараканов.

— Я сам решу. Окей?

— Тогда мы не уедем, — выдает, поджимая губы.

— Да всё нормально со мной. Я умею отличить перелом ребер от ушиба. Маша, прекрати со мной спорить. Вы едете домой! — включаю холодный тон.

Сидеть она тут со мной собралась.

Хочет позаботиться обо мне – пусть сделает это дома.

— Хорошо. Но без снимка я вас домой не пущу, — вдруг выдает она и поднимается с бревна. Сжимаю губы, чтобы не засмеяться. Немного отпускает. Качаю головой.

Подхожу к ней, приобнимаю за талию, притягиваю к себе. Не сопротивляется – наоборот, жмется ко мне. Целую в висок, вдыхая ее запах. Прикрываю глаза. Надо нам снять стресс.

— Испугалась?

— Очень, — шепчет мне в плечо. — За тебя испугалась.

— Не нужно за меня бояться. Поезжайте домой, я позже приеду, — велю ей, замечая машину моих пацанов. — Привезу я тебе рентген и заключение, — усмехаюсь, еще раз целуя девочку в волосы. — И помнишь, я говорил, что продолжения у нас не будет?

— Помню, — шепчет. — Как забыть…

— Забудь. Я хотел бы продолжение, — совсем неуместно выдаю я на стрессе.

Маша поднимает на меня голову и заглядывает в глаза в поисках подтверждения. Слегка киваю, прикрывая веки.

Сажаю Артема с Машей в машину, отправляю домой.

***

Возвращаюсь домой уже поздно. Долго разобрались с дорожной полицией, пока эвакуировали машину, потом заехал в клинику и всё-таки сделал рентген. Я был прав – это всего лишь ушиб, ребра целы. Самое страшное – синяк на груди. Но наша Маша грозилась не пустить домой без заключения врача. Приношу ей заключение и снимок. Пусть успокоится. Тем более мне приятна ее забота. Устал это отрицать. Я хочу начать жизнь заново с этой девочкой. Да, будет сложно, но, если не попытаюсь, так и утону в собственной бездне. Живым живое. А я сегодня четко понял, что тоже живой и хочу жить ради сына.