Думаешь бьётся? (СИ)

Ты сына пугаешь, — Костя стремительно к жене приближается. Хлопает дверь входной, хватает её за руку и тянет за собой, попутно дверь к нам прикрывая. — Побудь, пожалуйста, с Петей ещё пару минут, — просит меня, будто бы мысли мои считывая.

Как правильней поступить я не знаю. Ссора из — за меня, по — хорошему надо свалить. С другой стороны мне совесть не позволит уйти и оставить Петю одного, трясущегося, с глазами полными слез.

— Мама так часто. Последнее время они постоянно ругаются. Папа приезжает поздно с работы — мама ругается.

И в папины выходные они тоже ругаются.

Слышится звук бьющего стекла. Петя вздрагивает всем телом и на колени мне забирается. Приходится удобнее сесть на полу. Тянусь к своей сумке, как назло не могу нащупать наушники долго. Только достав часть вещей, удается найти.

— Давай мультфильмы посмотрим? Скажи, какой хочешь, я найду.

Всхлипывает, но начинает перечислять любимые.

Тут же отыскиваю первый озвученный и включаю. Вставляю в маленькие ушки наушники и звук добавляю, потому что даже из — за двух закрытых дверей крики слышны всё равно.

— А ты со мной будешь смотреть? — малыш оборачивается и смотрит на меня. — Не уходи. Я боюсь.

— Я смотрю, Петь. Буду читать по губам.

— Ты умеешь?

— А как же. И тебя научу.

Сердце у него бьется как у птенчика, часто — часто.

Оставаться вместе только из — за наличия детей и в тоже время подвергать из психо — эмоциональному стрессу, это так себе польза.

Сидим мы с ним, естественно, не пять, минут и даже не десять. Успевает несколько серий пройти перед тем, как Костя дверь в комнату открывает.

Взглядом передо мной извиняется. Прощаюсь с маленьким, пока папа ему включает мультфильм на планшете.

— Я тебя провожу, — произносит, как только я поднимаюсь с пола. — Извини, что так вышло. Пиздец. В очередной раз. И поговорить не удалось.

— Кость, нам особо не о чем говорить. Только, пожалуйста, больше не вмешивайся. С Артёмом я сама способна вопрос решить, — наклоняюсь ремешок на обувь застегнуть.

— Видел, как ты решаешь, — произносит жестко, смотрит на мою шею.

 — Я не знаю о ваших общих пристрастиях, но это не нормально. Он такими темпами убьет тебя и скажет, что так и было. Очнись.

— Наши общие, — выделяю голосом слово последнее, — Пристрастия никого кроме нас не касаются. Я с тобой не ругаюсь, но сцены такие, которые потом обсуждают неделю… они мне не к чему. Я ведь не лезу к тебе с советами, хотя тоже могу на фоне этого, — бросаю взгляд на дверь, за которой предположительно Жанна.