Бескрайний архипелаг. Книга III

Представьте моё удивление, когда я услышал слово «жужжерианцы»! Эти твари! Они будут снабжаться финансами, передовыми технологиями, оружием, генетическими модулями. Жуки получат всё, о чём мечтали, — на серебряном блюдце.

Но придётся заплатить цену — принести клятву вассалитета, пожизненно выплачивая дань чёртову претенденту! Вечное рабство под маской союза. Тайный покровитель выбрал именно их, потому что сам являлся гигантским насекомым и наверняка испытывал некое чувство родственности или симпатию. Прибавить к этому идентичность в технологиях, которая ускорит развитие жуков — и катастрофа неизбежна.

Когда жужжерианцы получат поддержку, землянам не поздоровится. Да и остальным! Враги же сметут всех к диабло собачьему!

Настроение испортилось, а лицо нахмурилось. Пора отсюда валить!

— Это я забираю, и это тоже, — смахнул два кошелька с осколками со стола под возмущённым взглядом Скиппи. — Мне пора!

Вырвал рукой ненадёжный, скорее декоративный, замок в клетке и поманил Калиэсту за собой. Девушка прихватила музыкальный инструмент, похожий на небольшую арфу.

Когда выходил наружу, мне в спину донеслось:

— Не такие уж мы и разные, как тебе кажется!

Пусть думает, что хочет.

Пиратский экипаж делал вид, что занимался работой, но чувствовалось — все они ждали объяснений от лидера.

— Эй, уродцы, слушайте меня внимательно! Сегодня Скиппи спас ваши жалкие шкуры от легендарного демона. Ещё раз мне попадётесь — не пощажу!

Злоба так и прорывалась наружу после шокирующих вестей. Остановился и осмотрел каждого головореза.

Кто-то скалился, кто-то отводил глаза.

Уверенно чеканя шаг в сторону шхуны, не смог не обратить внимания на то, как на лице Калиэсты проявилась паника. Поди подумала, что попала к существам куда более жутким, чем эти пираты. Ничего, со временем поймёт, что ошибалась. Мы хоть и странные ребята, но человечные!

Мой экипаж в полном составе выстроился на палубе. Я протянул руку золотой красавице, помогая взобраться через борт на абордажный трап. Её пальцы легли в мою ладонь — обжигающе приятные, пульсирующие нежностью.

Только сейчас, под открытым небом, по-настоящему обратил внимание, что в лучах Солариса её кожа не просто блестит — она светится божественным сиянием."

"Как и следовало ожидать, появление нового члена на нашем судне вызвало всеобщий фурор, особенно у мужской половины. Густаво, который секунду назад нагло обнимал Ниту и давал вольности рукам, ощупывая её мягкие места, едва слюной не подавился при виде Калиэсты.