Расследования Берковича - 2

А потом услышал голос соседа… Я уверен, что Савир обнаружит на сидении стула следы от обуви Арона.

– Хорошая работа, – одобрил Хутиэли. – Я имею в виду тебя, а не Арона, ты ж понимаешь.

– За хорошую работу, – сказал Беркович, – полагается прибавка к зарплате.

– Спрашивай у министра финансов, – отрезал инспектор.

Пакетик с золотым песком

– Как отдохнул? – спросил инспектор Хутиэли, когда сержант Беркович в воскресенье утром вошел в кабинет. – Надеюсь, что хотя бы в эту субботу ты не спорил с Наташей о том, был ли преступником Феликс Дзержинский?

– Нет, – рассеянно отозвался Беркович, усаживаясь на свое место и включая компьютер. – С Наташей мы вообще не спорили.

Что-то в голосе сержанта показалось инспектору необычным, он повернулся в кресле и внимательно посмотрел на помощника.

– Вы что же, опять поссорились? – спросил Хутиэли.

– Нет, что вы! – воскликнул Беркович. – Мы не ссорились уже три недели. Даже самим странно. Почему-то у нас стали совпадать мнения по многим вопросам.

– Так бывает, – философски заметил Хутиэли. – Правда, обычно это случается на десятом году семейной жизни. Но все равно я вас поздравляю. Однако, – помедлив, сказал инспектор, – мне кажется, что ты вчерашний день оказался все-таки чем-то примечателен…

– Ха! – воскликнул Беркович. – Произошла любопытная история, и я не знаю теперь, как поступить. С одной стороны, все по закону. С другой – явное мошенничество…

– Ну-ка, – сказал Хутиэли заинтересованно, – расскажи.

– Подруга Наташи, – начал Беркович, – пригласила нас на свой день рождения. Зовут ее Света, Светлана…

– Так Света или Светлана? – переспросил инспектор.

– Вообще-то ее зовут Орит, а иногда Рина.

– Ничего не понимаю, – озадаченно сказал Хутиэли. – Сколько имен у этой женщины? Я знаю, что многие репатрианты меняют свои русские имена на еврейские, но ведь не два на два!

– Почему же? – усмехнулся Беркович. – Света – это сокращенно от Светланы. Светлана – это свет, то есть Орит, если перевести на иврит. Все очень просто.

– Орит для русского слуха непривычно, вот имя и модифицировали до Рины.

– Почему тогда не звать женщину по-старому – Света? – удивился Хутиэли.

– Спросите что-нибудь полегче, инспектор, – вздохнул Беркович. – Ход женской мысли неисповедим как пути Господни…

– Ну хорошо. Извини, я тебя прервал. Итак, эта Светлана-Света-Орит-Рина пригласила вас с Наташей на день рождения.

– Да, и мы приехали одними из первых.