Варварский берег

– Идиоты, – пробормотал Пончик, наблюдая за тем, как нос испанского фрегата окутался дымом.

Вскоре долетел грохот залпа погонных орудий, и пара ядер подняла фонтаны брызг перед «Ретвизаном» – недвусмысленное приказание остановиться.

Кренясь, испанцы совершили поворот оверштаг.

Олег поднес трубу к глазам и прочитал название фрегата – «Маравильяс».

Испанцы убрали лишние паруса, дабы поскорее сравняться с «Ретвизаном».

Вероятно, капитан «Маравильяс» был человеком бедовым и склонным к авантюрам. Во всяком случае, он явно страдал избытком самоуверенности.

Конечно, убегать флейту было некуда.

Назад? Особо шустро не развернешься, да и фрегату это только на руку – он пустится в погоню как раз по тому курсу, которым следовал изначально.

Податься к югу с попутным ветром? Так и тут погони не избежать. Короче, некуда деваться!

Вот только самонадеянному испанцу даже в голову не приходило, что «Ретвизан» никуда деваться и не собирается.

– Понч! Как только приблизимся на расстояние выстрела – залп нижним деком!

– Понял! А потом мы их картечью приголубим! Угу…

– Ну, тебя учить – только портить. Яр! Паха! Жека! Ташкаль! Убирайте своих с палубы! Пуля, она ж дура. Ваш выход чуть попозже.

Матросы флейта убрали паруса в самый последний момент, когда их корабль еще не сравнялся с испанским.

Понч тоже не стал дожидаться, пока «Маравильяса» окажется на траверзе.

Пусть даже чуток под углом, но тяжелые ядра наделают бед гордым идальго.

Орудия с нижней палубы прогрохотали немного вразнобой, пуская над волнами пугающие громы.

«Ретвизан» сближался с фрегатом не параллельными курсами, а как бы расходясь, под углом, поэтому ядра ударили в борт «Маравильяса» вроде как малость сзади.

Половина или меньше чугунных шаров застряла в толстых брусьях левого борта фрегата, а остальные влетели точно в пушечные порты, ломая орудия, калеча и убивая прислугу.

Несколько пушек «Маравильяс» всё же выстрелило, но залп оказался жидковат.

Тут же грохнули орудия на верхней палубе фрегата, заряженные, как и на «Ретвизане», картечью.

От этой беды серьезно пострадал блинд, досталось гальюну, но никого из команды флейта не задело – поторопились испанцы!

Зато Пончик дождался-таки удачного расположения – едва фрегат нарисовался справа по борту, как вся батарея на верхней палубе «Ретвизана» выдала залп.

Сухов хищно улыбнулся, ощутив вздрог корабля и жар сгоревшего пороха.