Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Глядя на его болезненную гримасу, Ши Мэй рассмеялся:

— А-Жань, в новом году удача найдет тебя!

Сюэ Мэн сказал:

— Ну и дела, дерьмовая удача в этом году!

Глаза Мо Жань наполнились слезами, когда он простонал:

— Учитель, этот пельмень вы точно слепили для меня! Даже с закрытыми глазами вы бьете прямо в цель!

Чу Ваньнин ответил:

— Это же хорошо.

— У меня чувство, что я укусил подошву ботинка, — пожаловался Мо Жань.

Чу Ваньнин: — …

Мо Жань потер щеку и сделал глоток чая, переданного ему Ши Мэем.

Стоило боли утихнуть, как он шутливо спросил:

— Ха-ха! Учитель, вы ведь запомнили в каком пельмене монета и специально дали его именно мне?

— Ты слишком высокого мнения о себе, — холодно отрезал Чу Ваньнин, затем опустил голову и начал есть.

Было ли это просто иллюзией, но в теплом свете свечей Мо Жаню показалось, что лицо Чу Ваньнина слегка покраснело.

После пельменей сразу же был подан роскошный ужин. Курица, утка, рыба и множество великолепных закусок заняли весь стол.

В Зале Мэнпо становилось все более оживленно. Сюэ Чжэнъюн и госпожа Ван сидели во главе основного стола. Они подали знак, и снеговики вручили всем по пухлому красному конверту.

Когда снеговик врезался в колено Чу Ваньнина, тот поднял удивленный взгляд на Сюэ Чжэнъюна:

— Что? Мне тоже?

Вскрыв красный пакет, он обнаружил внутри лист сусального золота, стоимость которого была довольно высока. Не находя слов, он поднял глаза и увидел, что Сюэ Чжэнъюн, этот самовлюбленный мужлан, смотрит на него с улыбкой.

Глава поднял чарку с вином и показал, что эту чашу уважения он выпивает в его честь.

Так глупо.

Тем не менее, он чувствовал, что Сюэ Чжэнъюн по-настоящему... по-настоящему…

Чу Ваньнин некоторое время смотрел на него. В итоге, все же не удержался, и ответная улыбка коснулась уголка его губ. Он тоже поднял чашу с вином и выпил залпом.

Позже золотые листы были распределены между учениками. После того, как чаши были подняты трижды, атмосфера за столом, наконец, оживилась.

Главная причина оживления заключалась в том, что эти трое демонят, казалось, перестали бояться его. Что касается Чу Ваньнина, он был почти не восприимчив к алкоголю.

— Уважаемый наставник, позвольте мне продемонстрировать вам мои навыки хиромантии? — первым человеком, чей мозг отключился под влиянием алкоголя, был Сюэ Мэн.

Он схватил руку Чу Ваньнина и принялся внимательно вглядываться в линии на его ладони.