Лягушка Баскервилей

 – Во народ, поесть не дадут!

Я кинулась к здоровенной зеленой метле, торчавшей из огромной кадки, и, о радость, увидела то, что нужно. Запихнула кусок пластика в щель. Так… язык русский, ПИН-код, выдача наличных, чек…

Внутри железного ящика послышалось гудение, на экране вспыхнула надпись: «Данная операция невозможна». Но я не стала огорчаться, слава богу, изучила идиотские машины. Скорей всего, в банкомате закончилась бумажная лента. Значит, изменю задание. Язык русский, ПИН-код, а вот чека не надо, обойдусь без него…

Опять послышалось мерное гудение.

«Данная операция невозможна». Хорошо, нет необходимости грызть ногти, опять скорректируем желания. Язык русский, ПИН-код, чека не надо, а вот денег попросим вполовину меньше… Наверное, в ящике лежат сегодня мелкие купюры, сотенные, а толстая пачка не может вылезти сквозь щель.

Банкомат вздохнул, моргнул экраном и выдал: «Данная операция невозможна». Я стукнула его кулаком:

– Немедленно работай!

Но даже столь радикальное средство, как избиение железного ящика, не подействовало.

Я вернулась на ресепшен.

– Банкомат заправлен?

Дежурная, теперь запихивавшая в себя кусок торта с жирным желто-красным кремом, чуть не подавилась:

– А его что, надо бензином заливать?

– Нет, – пытаясь сохранить хладнокровие, ответила я.

– Тогда чего про заправку спрашиваете?

– Банкомат заряжают, заправляют – можно и так сказать, – но не топливом, а деньгами. Когда к вам приезжали из банка?

– Ну… в прошлом году.

– Невероятно!

– Почему?

– Ни в один агрегат нельзя запихать десять мешков ассигнаций, не бывает банкоматов, которые безостановочно работают двенадцать месяцев.

– А зачем его наполнять? – заморгала толстуха.

– Люди деньги вынимают, а откуда, по-вашему, купюры в банкомате берутся?

– К нему никто не ходит, – пояснила администратор.

– Даже иностранцы?

– Ага, они в кассе обналичиваются.

– Это где?

– На Ленинской, – нудно начала объяснять дорогу дежурная, – тама отделение банка имеется.

Я понеслась в указанном направлении.

Влетела в небольшое помещение и увидела еще одну тетку, по виду – родную сестру дежурной из гостиницы.

– Где банкомат? – еле-еле справившись с сердцебиением, спросила я.

– Слушаю вас.

– Где банкомат?

– Слушаю вас.

– Где банкомат?

– Слушаю вас.

Вот тут река возмущения сломала плотину воспитания, я бросила взгляд на бейджик, украшавший монументальный бюст, и заорала:

– Кондратюк Галина, прекратите издеваться над клиентом.