Лягушка Басё

Один – очень богатый, но немножко горбатый мельник из Бешенковичей, другой – очень красивый, но немножко и даже больше чем немножко загульный скрипач – наш, местный.

Ривочка была девушка нежная и в то же время рассудительная. Ее нежная половина говорила: «Выходи за скрипача, твоя жизнь будет праздником». А рассудительная половина нашептывала: «Не будь дурой, выходи за мельника, жизнь прожить – не на скрипке пропиликать».

Очень Ривочка мучилась, никак не могла решиться. Год колебалась, два, три, десять.

Ходила и даже ездила к разным раввинам за советом. Но вы знаете раввинов, они вечно отвечают вопросом на вопрос, чтобы не попасть впросак. И вот однажды Ривочке говорят: «Сходи-ка ты лучше к русскому батюшке. Он человек умный и всегда отвечает прямо».

Пошла Ривочка к батюшке, принесла ему в подарок жирного гуся, говорит: так, мол, и так, по всему надо выходить за богатого, но очень хочется выйти за красивого. Что мне, бедной, делать? Десять лет мучаюсь.

Батюшка ей в ответ: «Если б ты была моя прихожанка, я должен был бы тебе отвечать по-божьи, а поскольку ты иудейка и мне твои грехи не отпускать, скажу тебе по-человечески.

Не будь дурой, девка. Выходи замуж за мельника, а скрипача бери в любовники. Только никому не рассказывай, что это я тебе присоветовал».

Понеслась Ривочка домой сама не своя от радости. Пишет письмо мельнику: я согласная. Тот отвечает: «Здрасьте. Вы таки проснулись. Я давным-давно женился».

Ривочка – к скрипачу: «Обыми меня, сердечный друг».

А он ей: «Десять лет назад и даже пять лет назад я бы тебя охотно обнял, но теперь подросли девки помоложе. Ступай себе».

И пошла Ривочка домой, никому не нужная, горько рыдая.

Вы хотите нимшаль? Так нате вам.

Бывают ситуации, когда долго раздумывать да выбирать нельзя, а то останешься на бобах. И сейчас у нас с вами именно такая ситуация.

Так что? Голова или сердце?

Ну, я бы решил по-другому, но коли вы так хотите – пожалуйста. Арон Бразинский от своего слова не откажется.

Я обратился к Фандорину с такой речью:

- Мы с вами умные люди и знаем, что ум до добра не доводит. Глупому человеку легче быть добрым, чем умному, а от много ума много горя, причем как правило другим людям, про это Екклесиаст вам еще лучше меня расскажет. Дорогой Ватсон, если бы убийство совершили сгоряча, такие проницательные сыщики, как мы с вами, не сломали бы себе всю голову и, как говорится у вас русских, не блуждали бы между четырьмя соснами.