Юность Барона. Потери

Убедившись, что вода продолжает шуметь, он добрел до оставленного под вешалкой чемоданчика, достал из него брусок пластилина, пузырек с машинным маслом и небольшую металлическую пластину. («Все свое ношу с собой!») Раскатав по металлу ровным тонким слоем пластилин, Барон обильно смазал его маслом, подхватил небрежно оставленные на тумбочке ключи от квартиры и аккуратно сделал оттиски. Негромко сам себе приговаривая при этом: «Всё пригодится – что к делу сгодится».

– Ю-уу-рочка! – перекрикивая шум воды, зазывно заголосила из ванной Мадам.

 – Ты не мог бы потереть мне спинку?

Барон собрал и уложил свои кустарные причиндалы, тщательно обтерев, вернул на место ключи и, усмехнувшись, поспешил на помощь даме…

* * *Степан Казимирович открыл глаза и обнаружил себя лежащим: все там же в кабинете, все на том же диване. Правда, теперь укутанным шерстяным пледом, с заботливо подоткнутой под голову подушкой. На стоящем у изголовья табурете, помимо пузырьков с лекарствами и использованных ампул, сыскался графин с водой.

Гиль осторожно приподнялся, прямо из горлышка напился и надтреснутым голосом позвал:

– Ма-а-арфа!

В кабинет заглянула встревоженная домработница, вопросительно посмотрела на – что и говорить? – хреново выглядевшего сейчас хозяина.

– И не надейся, Марфа, – слабо улыбнулся Гиль, считав ее тревогу– Живой ищо."

"– Тьфу! Типун вам на язык! И не совестно болтать такое?

– Да шучу я, шучу.

– Дурацкие у вас шутки, – веско заключила Марфа, подходя и поправляя подушку– Надо лекарство принять.

Да-да! И нечего головой мотать. Семьдесят четыре года стукнуло, а ведет себя как дитё малое! – Она наполнила стакан и всучила Гилю вместе с таблетками, которые тот покорно заглотнул. – Ну как? После уколов и сна получше стало?

Степан Казимирович прислушался к ощущениям:

– Восхитительно.

– Что ж за человек такой? Никогда серьезно не ответит! Может, позвонить в энтот ДеКа, сказать, чтоб перенесли? Встречу?

– Ну что ты, Марфа! Неудобно.

– Неудобно на потолке спать. И штаны через голову надевать, – проворчала домработница.

 – А вот всё остальное… Сколько раз говорила: хватит уже этих малолетних архаровцев тута приваживать!

– Марфа! Что ты такое говоришь? Это же дети. Наше будущее.

– Угу, такое вот будущее у нас на лестнице газеты в почтовых ящиках вчера подожгло… Все, пошла я обед готовить, а вы тут лежите и не вздумайте подниматься.

– Мне звонил кто-нибудь?

– Из ДеКа звонили. Сказали, что машину пришлют к половине шестого.

– Хорошо.