Жена байкера

И близкие люди, которые помогут и поддержат, если вдруг меня не будет рядом.

Он говорил спокойно, но его глаза… в них я видела скрытую тяжесть и негодование. Впервые, меня кольнуло угрызение совести. Все это время он делал все, чтобы помочь мне освоиться, старался оградить меня от потрясений и думал о моих чувствах. А что делаю я? Все больше показываю, что он чужой для меня и отталкиваю своим поведением.

Я кивнула, потупив взгляд, и украдкой вытерла мокрые глаза. Его слова привели меня в чувство, помогая взять себя в руки. Только на душе появилась жгучая тяжесть, за свое поведение. Абель отстранился и двинулся к дому, а я, провожая его взглядом, не могла отделаться от навязчивого чувства вины.

Бренда уже привезла Макса из сада, и они вместе сидели за кухонным столом, рассматривая какие-то рисунки. Она была в черном, обтягивающем платье с рукавами, а ее подкрученные, бордовые волосы аккуратно спускались по плечам. Бренда держала в руках альбомный лист, рассматривая через очки детский рисунок, прищурив глаза. Абель снял куртку, оставшись в белой обтягивающей майке, и прошел к ним на кухню. Сначала он поцеловал сына в макушку, а затем и свою тетю-мать в щеку.

— Привет, дорогой. — Произнесла Бренда, погладив его по руке.

Я прошла за Абелем, и мое сердце сжалось, когда я взглянула на Макса, которому пришлось пройти такие испытания. Маленькая, хрупкая жизнь могла оборваться, и от этой мысль меня так и подталкивало опекать и заботиться о нем гораздо усерднее. Скорее всего, он стоит, на учете у специалиста, и периодически ему необходимы обследования. Я собиралась уточнить этот вопрос, чтобы убедится, что здоровье Макса под контролем. Присев рядом, я поцеловала его в висок. Макс обернулся ко мне, на миг, оторвавшись от рисунков и задержав любопытные глазки, протянул мне лист с рисунком. На нем я увидела необычную птицу, которая сидела на ветке, нарисованная разноцветными карандашами. Я не сразу поняла, что это нарисовал Макс! Сосредоточив взгляд на деталях, я приметила, что рисунок очень хорош для пятилетнего ребенка.

— Ты сам это нарисовал? — спросила я, удивленно. — Как красиво…

Макс коротко кивнул, сильно напоминая этим своего отца. Он был копией Абеля не только внешне, но и в поведении и в жестах. Я потрепала волосы мальчика и решила, что ему обязательно нужно помочь развивать этот талант.

День быстро близился к концу. Бренда уехала еще до темноты. Перед этим я сообщила ей, что собираюсь завтра отвезти Макса в сад.