Восход багровой ночи

Пока полицейские заряжали ружья, шериф продолжал стрелять в выползня из пистолета, меняя одну обойму за другой.

Вновь присоединившись к шефу, сразу несколько полицейских прицелились в чудовище из ружей и винтовок и одновременно спустили курки. Оружие оглушительно громыхнуло."

"Монстр тяжело опрокинулся на спину и истошно взревел, размахивая руками и ногами. Острые когти проделали глубокие царапины в стенах и полу. Но, побарахтавшись всего несколько минут, выползень снова сел, и стало видно, что теперь вместо белесой пленки в его глазницах чернеют страшные провалы. Но это не остановило тварь, она продолжила движение, принюхиваясь, словно дикий зверь.

– Мамочки, – пролепетала Доминика, выглянув в коридор. – Его же не убить…

Мезенцев втолкнул ее обратно в кабинет и приказал не высовываться. Поветруля быстро огляделась по сторонам. В тесном помещении негде было спрятаться, да это и не помогло бы. Оставалось только окно. Пока Мезенцев стрелял, она метнулась к стене и отодвинула пластиковые жалюзи. А затем обреченно застонала.

Окно с той стороны было забрано стальными решетками.

Дверь за ее спиной с грохотом распахнулась, и Мезенцев вкатился в кабинет, перевернувшись через голову. Его форма на груди была изорвана, на светлой ткани рубашки алели четыре рваные борозды от когтей.

В темном дверном проеме показалась массивная туша младенца. Его гигантские челюсти громко клацали, изо рта продолжали валиться мерзкие белые личинки. Тварь, принюхиваясь, начала тяжело протискиваться в узкий дверной проем.

Доминика распласталась по стене, готовясь принять неизбежное. Шериф с трудом поднялся на ноги.

– В сейфе есть еще один пистолет! – прохрипел он, ковыляя к несгораемому шкафу.

Но Доминика уже поняла, что оружие здесь бессильно.

Выползень, пыхтя, приближался. Женщина обреченно закрыла глаза.

И вдруг монстр взорвался изнутри, разлетелся комьями сырой грязи, брызгами слизи и гниющей плоти, липкими черными ошметками. То, что от него осталось, рассыпалось по полу кучами мокрой земли, червей и корней, старыми пожелтевшими костями. И в полицейском участке наступила тишина.

Доминика Поветруля обессиленно рухнула на колени и громко разрыдалась.

* * *Перемещение сквозь зеркальные коридоры завершилось неожиданно. Тимофей, Сергей, Альф и Вернер друг за дружкой вывалились из зеркала в темноту. Во время перехода все обрели свой обычный человеческий облик, поэтому сразу ощутили холод. Повезло одному лишь Вернеру, который был одет.