Восход багровой ночи

– А откуда у тебя ключи? – поинтересовался Альф.

– Стащил у Аскетилла, он дрыхнет в каморке наверху… – Вернер бухнулся на колени и начал подбирать ключ к замку на цепях Тимофея.

– Тебя за такое по головке не погладят, – прошептал Зверев, наблюдая за его действиями.

– Теперь уж точно, – кивнул Вернер. Перебрав несколько ключей, он наконец отпер замок. – Но если и Альф здесь, все равно бежать придется всем вместе.

– Волки нас без труда выследят, – сказал его брат.

Вернер уже возился с замком на цепях Сергея.

– Если только нам не поможет Королевский Зодиак, – ответил Тимофей, массируя свои запястья.

– Опять ты о них? – помрачнел Альф.

– А у вас просто нет другого выбора. Сейчас они – наша единственная защита от Корфа и остальных. Отец не даст нас в обиду.

– Но как мы выберемся из этого проклятого мира? – поинтересовался Сергей.

Вернер отомкнул его замок, цепи свалились на пол, и Бельцев едва не упал на них сверху. Он тоже энергично принялся растирать затекшие руки и ноги.

– Только Саяна может открыть портал, – сказал Альф, глядя, как Вернер подбирает ключ к его замку. – Но она ни за что не согласится помочь нам.

– А кто станет спрашивать ее согласия? – угрюмо спросил Тимофей. – Отправимся к ней прямо сейчас. Она не посмеет отказать!

34

О чем не напишут в газетах

Когда Владимир Мезенцев и Виктор Шилов приехали в «Полуночный экспресс», Доминики Поветрули там не оказалось. Федор сообщил им, что рабочий день давно закончился и она уже ушла. Пришлось Мезенцеву отпустить Виктора в участок и отправиться к Поветруле домой.

Доминика жила в современном одноэтажном коттедже из красного кирпича неподалеку от здания городского вокзала. Дом окружал небольшой уютный дворик, по периметру которого росли плодовые деревья. Многие жители Клыково разбивали у своих домов клумбы и овощные грядки, но во дворе Доминики росла лишь аккуратно постриженная газонная травка. Хозяйка не увлекалась огородничеством, двор ей был нужен исключительно для отдыха. Это подтверждали небольшая беседка с мангалом и пара плетеных кресел на лужайке, бережно укрытых от дождя пластиковой пленкой.

Доминика отперла дверь почти сразу же, едва шериф нажал кнопку звонка, но, увидев Мезенцева, растерялась.

– Вы?

– Простите, что без предупреждения. Я видел вас у дома Белобровой, вы были сильно чем-то расстроены.

– Пустяки, – отмахнулась Доминика. – Мы с Татьяной никогда особо не дружили. Она любит выводить людей из равновесия.