Ромовая бабочка

Ей огня не хватает, а так дракон огнедышащий получился бы славный.

– Да, какие требования?! Вы спите налево и направо с такими же абсолютно аморальными людьми.

– Хотите сказать, что я проститутка?! – предостерегающе спросила я.

– Хуже! Те женщины берут за это деньги! Как это ни прискорбно, но это уже у них работа такая. Вы же спариваетесь как кролики за просто так. Этого требует ваша невоспитанная сущность!

Ну, приплыли! Моё терпение уже таяло как снег в марте месяце – быстро и необратимо.

– Скажу вам по секрету, ваш сын ОЧЕНЬ хороший кролик, такой активный и немного необузданный! Я бы его порекомендовала.

Женщина быстро вдохнула и уже не выдохнула. Её лицо покраснело, глаза стали как шарики, она беззвучно открывала и закрывала рот. Я даже малость испугалась, что у женщины приступ сердечный от моих интимных откровений.

– Вы … вы просто нахалка!

Слава Богу! У женщины открылось второе дыхание, и смерть ей не угрожает.

– Вы… вы позор вашей семьи, всего вашего рода. Испорченная овца знатного племени. Чтобы вас рядом с моим сыном не было. Я хотела по-хорошему. Ваша мать не справляется с вами, так я решила поговорить и объяснить абсурдность вашего поведения. Сейчас я понимаю, что вы потеряны для нашего общества.

– Вот и замечательно! А теперь раз вы выполнили свою «мозготрахательную» миссию, то милостиво прошу на выход!

Я уже почти рычала. От матов и рукоприкладства меня удерживало только то самое воспитание, которое, по словам Савельевой, в меня не смогла вложить мать.

– Нахалка, как ты со мной разговариваешь?! – пропищала женщина, снова начиная изображать жабу на болоте в поиске комариков.

Только жаба красная и язык короткий, а в остальном феноменальное сходство.

– Виктория Викторовна, вы повторяетесь. Разговариваю так, как хочу! И хочу вас тоже ПОПРОСИТЬ… не смейте трогать мою мать, семью и весь мой род. Иначе, как вам известно, я не белая и не пушистая ручная кошка. Могу в ответ и поцарапать, и загрызть до смерти, – спрыгнула со своего стула и стала наступать на посетительницу.

Что- то в моём лице ей не понравилось, так что она стала отходить к выходу.

– Алиса, вы больной человек! Я любыми способами не допущу вашего влияния на Романа! – уже меня явно боясь, ещё продолжала выступать женщина.