Перезагрузка

 – Объяснить, что это такое?

Иерархи загудели, на лицах многих промелькнули недоверчивые улыбки. Мало кто из них верил в существование машины времени, описанной Гербертом Уэллсом в конце девятнадцатого века, но, по уверениям Хранителей, это «седло» – а все Вещи приобрели совсем иные формы с момента последней битвы инфарха и Монарха Тьмы – и в самом деле в какой-то мере могло изменять прошлое.

– Теперь давайте рассредоточимся вокруг собрания, – предложил Холл, – и настроимся на процесс.

– Минутку, святейший, – сказал вдруг анарх России, – вы показали нам тридцать семь Вещей, я считал.

Где остальные три? Мой посланник должен был передать их вам. Кстати, не подскажете, где он находится в данный момент?

Холл посмотрел на Кэтрин Блохшильд:

– Дорогая мисс?

– Он… в надёжном месте, – с запинкой проговорила Кэтрин. – В одном из помещений МИРа.

– Прошу учесть: он очень полезный человек.

– Я учту.

– И всё-таки я хотел бы увидеть Вещи.

Кэтрин сделала знак спутнику-негру; он был диархом американского UnUn и тоже являлся служителем Церкви, как Холл.

Негр вышел из толпы анархов, протянул Холлу белый пластиковый пакет.

Англичанин развернул пакет, вытащил из него покрытый с двух сторон иероглифами кругляш, браслет и берестяную дудочку.

– Вот эти Вещи: Дзюмон, Эскулап и Свисток.

По толпе снова прошло движение. Иерархи из Бразилии подошли ближе. Один из них, пузатый, широкий, смуглолицый, в цветном балахоне, показал на дудочку:

– Прошу прощения, преподобный, это…

– Иерихонская Труба, – важно сказал Холл.

 – Когда-то с её помощью вызывали ураганы и тайфуны, её глас слышался даже в Адовых мирах.

– Но она такая… маленькая… и Дзюмон, то есть Щит…

– Щит Дхармы тоже побывал в деле и отлично себя показал. Не сомневайтесь, друг мой, все эти артефакты прячут в себе силу. Её надо пробудить.

Холл положил последние Вещи в общую кучу.

– У вас всё, господин Дубинин?

Российский анарх кинул оценивающий взгляд на Кэтрин. Она улыбнулась:

– Спасибо за подарок, Валерий Павлович.

Дубинин слегка поклонился и отступил. Оба поняли друг друга: Кэтрин благодарила Дубинина за Меринова.

К главе американского Союза Неизвестных робко сунулся было Турчанов, чтобы выразить ей свою преданность и дать понять всем, что он близок Кэтрин, однако американские иерархи его не подпустили к ней.

– Займите своё место, уважаемый, – показал ему крупные белые зубы негр-священник.

– Вы знаете, что делать, – объявил Холл торжественно, голосом уличного глашатая.