Перезагрузка

"

"Глава 13

Ничего личного

Страх туманил голову, в Киев лететь категорически не хотелось, но шанс достичь главной цели – стать над всеми, во всяком случае, так казалось Меринову – был исключительно высок, и он таки решился на вояж в столицу Украины, надеясь на своих резидентов и агентов влияния, давно освоивших украинское бизнес-пространство.

Уже при посадке в Борисполе стало известно, что СБУ удалось поймать двух разведчиков Купола, сумевших внедриться в Совет национальной безопасности, однако остановить Меринова это известие не могло.

Если он что-то затевал, то доводил дело до конца, с какими бы трудностями ни сталкивался. Отчасти этим его упорством объяснялось и положение, которое генеральный прокурор России занимал в её властной элите. И хозяином Купола он стал не без помощи своего упорства и злобной нацеленности на достижение цели.

Разумеется, перед полётом ему сменили внешность, и в Киев прилетел другой человек: рыжеватый, с бородкой и усиками «а‑ля фермер». Документы в аэропорту прошли испытание нормально, прилетал «известный ирландский правозащитник» Патрик Макшейн с супругой, роль которой исполнила бухгалтерша Купола Люся Перцова, и «фермер» поехал в скромную гостиницу на окраине Киева с труднопроизносимым украинским названием «Будiвельник незалежностi».

Сутки ушло у Меринова на ознакомление с материалами, собранными разведкой Купола, и с предполагаемым местом главного события года – Киево‑Печерской лаврой. Из донесений агентов следовало, что Сход Комитета 300 должен был состояться 30 октября, и готовились к нему иерархи UnUn серьёзно, стянув в Киев все имеющиеся в наличии силы и средства, используя втёмную киевскую милицию и Службу безопасности.

Из этих же донесений Меринов понял, что ему не удастся осуществить задуманное – ликвидировать американский Союз Неизвестных или хотя бы российский, если он не предпримет какие-то нестандартные ходы. Главные действующие лица – диверсанты и десантники из групп спецназначения – не успели как следует подготовиться к перехвату лидеров UnUn, некоторые из них были задержаны, силовики в Москве отказались обстреливать самолёты с делегациями «правозащитников» других стран, и даже Стас, обещавший устроить диверсию в Лавре и захватить Великие Вещи инсектов, перестал выходить на связь.

Обдумав ситуацию, Меринов решил действовать хитрее.

Двадцать первого октября в семь часов вечера он позвонил анарху российского Союза Неизвестных.