Перезагрузка

"

"Президент поднялся с кресла за круглым гостевым столиком из орехового дерева, на гнутых ножках. На столе стояли чашки и вазы с печеньем, конфетами и орешками. Одет глава государства был в голубую рубашку с муаровым рисунком двуглавого орла и в домашние хлопчатобумажные штаны цвета бирюзы. На ногах у него красовались туфли, смахивающие на унты. Он был бледен и выглядел совершенно больным.

– Прошу прощения, друзья, что принимаю вас по столь печальному поводу, – сказал он, извинительно сморщив лицо. Подошёл ближе, прихрамывая, подал руку Котову-старшему, потом Матвею.

Оценивающе оглядел обоих. – Отец и сын… яблочко от вишенки… «чистилище», м‑да… незаконная опора государства, так сказать.

– Не мы выбирали время, – пожал плечами Василий Никифорович. – Время выбрало нас. Работали бы законы, мы не возрождали бы «чистилище».

– Я вас не осуждаю. Если бы я мог обойтись без вас, я бы обошёлся. Хотя не думал, что встречусь с вами ещё раз, Василий Никифорович, не по делу. Как жизнь?

– Бьёт ключом, – без улыбки ответил комиссар.

 – Хотя иногда бьёт больно. У вас не так?

– Один к одному, – засмеялся президент. – Жизнь прекрасна, особенно когда ничего не болит. Тогда я становлюсь человеком. Жаль, что мы не знали друг друга раньше.

– Мне тоже, – сказал Василий Никифорович, изучая лобастое лицо президента с умными, всё понимающими глазами, в которых тлел огонёк сдерживаемого страдания. – Но случайных встреч не бывает, Игорь Владиславович, очевидно, мы нужны друг другу.

– Не знаю, насколько я вам нужен, но вы мне – точно.

Присаживайтесь, прошу вас. – Президент сел в своё кресло, остальные последовали его примеру. – Чай, кофе?

– Позже, если не возражаете, давайте к теме.

– Что мне нужно делать?

– Ничего, просто расслабьтесь.

Матвей посмотрел на отца. Губы его отвердели:

– Оставьте нас.

Василий Никифорович внимательно посмотрел на него, помедлил, потом встал и повернулся к советнику:

– Выйдем.

Артур с сомнением посмотрел на президента.

– Идите, если это необходимо, – кивнул Игорь Владиславович.

Котов‑старший и Суворов вышли.

Президент несмело улыбнулся:

– Надеюсь, вы не потребуете раздеваться?

Матвей порозовел; к нему обращались как к врачу.

– В этом нет необходимости. Но я попрошу вас встать.

Президент послушно исполнил просьбу, хотя было видно, что каждое движение даётся ему с трудом.

– Так?

– Станьте на свободное место.

– Будете слушать?

– Что?

– Врачи сразу приказывают дышать – не дышать, поднять руки – опустить.