Перезагрузка

Вместе с тобой будут наказаны все, кто тебя прикрывал: полиция, местные чиновники и арендатор, знавший, чем ты занимаешься. Об этом ты узнаешь сегодня из теленовостей. За тобой семь недавних суицидов твоих учеников и три десятка душевнобольных, требующих лечения. Думаю, их больше на самом деле. Поэтому пощады не будет. Старик, помоги.

Котов подошёл к нему.

Самандар достал из кармана особой формы нож, рукоять которого образовывали буквы «СК».

– Подержи.

Василий Никифорович перевернул дёргающего ногами, вспотевшего и дурно пахнущего Садыкбаева, на бок, утвердил его руку на полу, и Самандар одним точным ударом отхватил ему большой палец.

Рыжеволосая Мирра завизжала, стала дёргаться, выпучив глаза.

Самандар достал бинт, перебинтовал руку наказанного, вытер нож, спрятал.

– Если не выполните рекомендации «чистилища», наказание будет иным. И никто, официально подчёркиваю, никто не поможет! – Он посмотрел на женщину, наставил на неё палец. – Я знаю, откуда вы достаёте материалы и кто разрабатывает вам тексты тренинговых интерактивов.

Очередь за ними. Сегодня я тебя милую, завтра – не пощажу! Лежите смирно четверть часа, за вами присмотрят наши люди.

Самандар жестом показал спутникам на дверь и первым вышел из кабинета владельцев «Лайф-спринт». За ним последовали Котовы.

Охранники мялись в зале, не решаясь выяснить, что происходит. Они слышали шум, но не поняли его причину.

– Там кто-то кричал… – неуверенно сказал ряболицый.

– Увольняйтесь с этой работы, – сказал Вахид Тожиевич бесстрастно.

 – Иначе и вам придётся отвечать. Зайдите к ним через полчаса.

В кабине самандаровской «Мазды» Василий Никифорович повернулся к не проронившему ни слова сыну.

– Похоже, ты не в восторге от акции.

– Они… были… безоружны, – пробормотал Матвей."

"– А ты хотел, чтобы они встретили нас огнём из автомата? Их оружие – ложь и презрение к людям, что намного страшнее.

– Я понимаю… но не хочу быть… палачом.

– Результат работы этой пары тебя не ужаснул?

– С ними надо было…

– Что?

– Воспитывать как-то, провести разъяснительную работу.

– Им по сорок лет, – сказал Самандар, отъезжая от здания, – поздно воспитывать и читать лекции, это шакалы в человеческом обличье, заточенные зарабатывать деньги и власть любым путём. Люди для них что насекомые. К тому же они исключительно опасны, имея связи в полиции и правительстве. Если их не остановить, завтра ещё появятся самоубийцы с их подачи.